кокетливой, но не распутной; еще одна вещь, которую она ожидала изменить под влиянием американской моды.
Готовясь к полному дню авиаперелета, Прия нанесла только базовый слой легкого макияжа и надела вязаную шапочку, чтобы волосы не терлись о спинку сиденья весь полет. Она оделась для комфорта, но с американским флером: толстовка на молнии, джинсы и кроссовки. Ничего не было брендовым, только подделки и местные индийские марки вписывались в ее бюджет.
Когда группа пассажиров приблизилась к контрольно-пропускному пункту, их сразу разделили по полу. Мужская очередь двигалась быстро по сравнению с женской, и Прия видела, как двое мужчин, сидевших позади нее, радостно прошли пункт досмотра далеко впереди.
Большинство других женщин в очереди были из Индии, прибыв на том же самолете, но по мере открытия других гейтов очередь стала разнообразнее, добавились азиатские и европейские путешественницы. Женщина впереди Прии была старше, в традиционном индийском сари ярких цветов с замысловатой вышивкой. После короткого разговора Прия узнала, что женщину, Манишу, едет воссоединиться с мужем и сыновьями, переехавшими в США несколько месяцев назад. Маниша излучала нервное возбуждение, ее глаза сканировали толпу в поисках семьи.
После того как охранник объяснил, что семьи и другие встречающие должны ждать по другую сторону пункта, женщина немного успокоилась, и Прия предложила составить ей компанию, пока сможет. Однако в итоге Манишу вызвали в следующий свободный офис для обработки, а за ней Прию — в один из дальних офисов в ряду.
Войдя в офис, она обнаружила двух мужчин, ждущих ее. Один за компьютером с камерой высокого разрешения и вспышкой, другой стоял у задней двери офиса.
«Мэм, поставьте сумки в красный квадрат и встаньте в зеленый», — велел пухлый латиноамериканец за стойкой отрепетированным тоном, указывая на обозначенные линии на полу.
Отгоняя подавляющее чувство, охватившее ее, Прия подтолкнула чемодан на колесиках в красный квадрат и шагнула в зеленый перед камерой.
Пока мужчина листал документы и печатал на компьютере, он начал задавать Прие вопросы. «Меня зовут агент Падилья, а это офицер Миллс. Я буду обрабатывать вашу рабочую визу и удостоверение личности. Офицер здесь как свидетель, поскольку у вас нет мужского представительства. Понимаете и согласны продолжить процедуру?»
Прия чувствовала себя так, будто попала в беду или ее допрашивают за преступление, пока мужчина в костюме говорил с ней поспешно и властно, а полицейский в форме стоял у двери. Она вежливо ответила: «Да, сэр».
«Нужен ли вам переводчик или другая помощь для прохождения обработки сегодня?» — продолжился официальный допрос.
«Нет, сэр».
«Присяга правительству Соединенных Штатов требует религиозный текст. Есть ли у вас предпочтения? Если нет, мы используем Новую Американскую Святую Библию».
Несмотря на зловещую природу инструкции, Прия была готова к этому после чтения иммиграционных брошюр, предоставленных компанией. «Я хотела бы использовать индуистские Веды, пожалуйста», — ответила она, — «Я привезла свои, если нужно».
«Это не потребуется», — отозвался агент Падилья из-за экрана компьютера. Проконсультировавшись с книжной полкой за спиной, он достал копию индуистских Вед в красном переплете. Хотя она выглядела более массово произведенной и коммерческой, чем книга, привезенная из дома, Прия подтвердила, что это законный текст.
Офицер в форме отошел от поста, чтобы взять книгу и держать ее перед Прией: «Положите правую руку на текст и поднимите левую».
Прия нервно сглотнула в непосредственной близости от высокого офицера. Основываясь на историях и новостях, она питала недоверие к американским полицейским и военным. Но она положила руку на книгу и подняла другую, как велено.
Полицейский предложил ей тонкую улыбку, пытаясь смягчить холод, который чувствовал в воздухе. Но тут же вернулся к делу, когда Падилья дал новые инструкции: «Повторяйте за мной... Я. ..назовите
Мой выпускной вечер.