втискивалась в цельный купальник, чтобы он оказался ненужным.
Мира вошла со мной, оставив застенчивого Сэмюэла и Эмили поддаваться давлению сверстников и присоединиться к нам.
Маркус вошел последним, его медальон бился о грудь при ходьбе. Кристин сказала, что ей слишком жарко, и нужно охладиться. Но она вышла лишь на мгновение, чтобы постоять прямо у стеклянного окна на свежем воздухе. Затем вернулась в сауну.
Мы начали копировать ее. Когда становилось слишком жарко, мы выходили на две-три минуты, прежде чем вернуться в тепло. В какой-то момент я стояла снаружи с Ксандером и Сэмюэлом, все голые, как и я, охлаждаясь. Оба парня старались не смотреть на мое голое тело. Оба провалились. Сэмюэл незаметно прикрыл рукой нарастающий бугор, прежде чем броситься обратно в сауну.
«Думаю, я закончил», — заявил Маркус. — «Почему бы нам не вернуться в домик. Кажется, у меня есть игра, в которую мы можем сыграть вместе до обеда».
Мы все вышли из сауны, завернувшись в полотенца, ненужные купальники в руках.
Он направил нас сесть в гостиной, не дав переодеться. Мы все были голыми под полотенцами.
«О, я люблю эту игру», — сказала Кристин, прежде чем Маркус объяснил, что это за игра. Она присоединилась к нам в комнате. С Маркусом мы образовали круг.
У него был маленький мешочек, и он высыпал содержимое на пол перед нами. Несколько кубиков разного размера и числа граней. Еще песочный таймер в форме яйца. Он взял кубик. Не обычный шестигранный. У него было 8 граней. 8 граней для 8 человек.
«Первый раунд. Простой поцелуй. Я первый», — сказал мужчина. — «Если выпадает твой номер, можешь выбрать».
Он выбросил пятерку. Считая себя номером 1, он отсчитал каждого из нас до номера 5. Эмили. Застенчивая Эмили.
Маркус наклонился и поцеловал ее. Она колебалась, но его страсть скоро раздвинула ее губы, их языки затанцевали вместе.
«Мило», — сказала Кристин, когда их губы разомкнулись. — «Моя очередь». Она выбросила тройку.
Это означало Ксандера. Мой младший брат расплылся в улыбке, когда старшая, более опытная девушка поиграла с ним в языковой теннис.
Как только Кристин его отпустила, настала очередь Ксандера бросать кубик. Восьмерка. Джером.
Я не знала, что будет, но Джером и Ксандер наклонились и поцеловались, но лишь на мгновение. Губы раздвинулись, но я не видела признаков языков.
И мы продолжили. Сэмюэл выбросил пятерку, и на этот раз Эмили была расслабленнее, но менее взволнована. Сэмюэл же чуть не засунул язык ей в горло. В тот момент я сильно заподозрила, что Сэмюэл все еще девственник.
Эмили выбросила шестерку. Ее сестра, Мира. Без колебаний они поцеловались. Языки явно двигались, и всем нам было ясно, что это не первый их раз. Кристин даже пришлось «кашлянуть», чтобы они остановились.
Моя очередь. Я бросила кубик и получила тройку.
Ксандер. Мой брат.
Мы наклонились друг к другу, и наши губы соприкоснулись. Его были мягче, чем я ожидала. Я не могла не раздвинуть губы. Его язык двинулся первым, тестируя воду. Мой ответил автоматически, без участия мозга, начиная танец между ними. Я целовала своего брата! Это было так неправильно, и все же, почему-то, так правильно!
Он первым прервал контакт. Моя душа хотела большего.
Джером выбросил восьмерку. Свой номер. Он выбрал поиграть в языковой теннис с Кристин.
Кубик вернули Маркусу.
«Пора для повязки?» — спросил он Кристин. Она кивнула, вытаскивая одну из мешочка, где были кубики.
Он надел ее и лег посреди комнаты, без полотенца. Мы все видели его мужественность, полуэрегированную, лежащую на животе.
Кристин объяснила правила: «Эти песочные часы на две минуты. Маркус бросит кубик. В этом раунде мы сделаем гетеро, так что я — 1 и 2,
Нет сил молчать