которую я обожал. «У меня есть подруга с киской, как у меня. Она не такая сильная и уверенная, как я. Если я с парнем, и он начинает ворчать или выглядит отвращенным тем, что у меня между ног, я говорю ему, чтобы шел к черту, и забываю о нем.
Она не может этого сделать. Она позволяет его мнению определять ее, и чувствует себя бракованным товаром. Все, о чем я прошу, — будь собой. Ты можешь с энтузиазмом восторгаться ее мясистой вагиной. Ей нужна та положительная обратная связь, которую ты можешь честно дать.
Она не тролль. Она милая девушка, которой нужно немного заботы. Ей нужно узнать то, что мы все должны понять. Не всем мы будем нравиться, но некоторые люди нас полюбят».
Она перевернулась и взяла телефон. Она вернулась и села, скрестив ноги, листая фотографии. Я посмотрел вниз. Ее киска зияла. Я смотрел и кричал в голове: «Питер, ты чертов извращенец! Перестань пялиться на киску своей сестры!»
«Вот она», — сказала сестра. — «Ее зовут Патрисия. Мы зовем ее Триша. Она не красавица, но ничего, правда?»
Я увидел молодую женщину с темными глазами и черными как смоль волосами, спускающимися ниже плеч. По шкале от одного до десяти она не была в верхнем эшелоне. Ни один мужчина не сказал бы, что она горяча, но и не сказал бы, что она внизу, среди несчастных уродин.
Она была пятеркой, может, шестеркой. Ваши глаза скользнули бы по ней в толпе, потому что она выглядела средне. В лучшем случае, слегка привлекательно. Я согласился с оценкой сестры и сказал: «Она норм».
Может, я не был так воодушевлен, как хотела сестра. Она посмотрела на меня и сказала: «Я не хочу задеть твои чувства, но ты не Том Круз. Супермодели не ломятся в твою дверь, правда?»
«Я понял. Она обычная девушка, а я обычный парень».
Сделав свое замечание, Оливия продолжила свою рекламную речь: «Триша милая. Она тихая и застенчивая, пока не узнает тебя. Она умная. Она занимается волонтерской работой в приюте для женщин, пострадавших от насилия. Ей двадцать лет. Ты видишь, что она в форме. О, у нее сиськи побольше, чем у меня».
Сестра обхватила свои груди. Она приподняла их, чтобы они казались больше. Она улыбнулась мне и спросила: «Чего еще может желать парень?»
«Кого-то, кто мне нравится. Кого-то, кого я привлекаю».
Она отпустила груди и сказала: «Я не прошу тебя жениться на ней. Сходи на пару свиданий. Сделай ей куннилингус и восторгайся ее мясными занавесками. Я не прошу тебя лгать. Это беспроигрышная ситуация. Ты наслаждаешься киской, о которой фантазируешь, а она узнает, что то, что она считает недостатком, на самом деле преимущество для правильного мужчины».
Я не согласился. Она попробовала другой подход. Она все еще сидела, скрестив ноги, давая мне отличный вид на свою киску. Она потянулась вниз обеими руками, схватила свои обильные малые половые губы и потянула за них.
Я смотрел, завороженный, как она дразнила меня, играя и растягивая нежную плоть. Она обернула особенно длинный кусок вокруг пальца и нежно потянула.
Она продолжала свои действия, посмотрела на меня и сказала: «Ее половые губы длиннее и более выражены, чем мои. Представь, как весело тебе будет с ней».
Мой член болел и пульсировал, подпрыгивая вверх. Я сказал: «Я, возможно, никогда не увижу ее киску. Тем более, не трону и не лизну ее».
«Ты прав. Это важно для меня. Я верю, что это может изменить ее жизнь. Я повышаю предложение.
Если ты согласишься попробовать и будешь своим обычным очаровательным собой, я сейчас сделаю тебе ручную работу. Ты выглядишь так,
Лунные люди: На серебряной планете