которая теперь была постоянно промыта и смазана, так на всякий случай.
Я зажмурился, чувствуя, как резина растягивает мои внутренности. Сначала было больно, неприятно, но потом боль притупилась, сменившись странным, почти болезненным удовольствием. Карина держала меня крепко, не давая вырваться, и медленно двигала страпоном, надавливая все сильнее.
Ана наблюдала за нами с хитрой улыбкой. Она, казалось, получала удовольствие от моей муки и унижения. Ее глаза горели, когда она видела, как я извиваюсь под напором Карины. Я пытался стонать, но мои звуки заглушались ее громким смехом и пиздой, к которой меня прижимали лицом.
Карина ускорила темп, и я почувствовал, как пот стекает по моему лицу. Мое тело горело, и я больше не понимал, где кончается боль и начинается наслаждение. Я был просто куском мяса, игрушкой в руках этих двух женщин.
В какой-то момент я перестал сопротивляться. Я отпустил себя и позволил им делать со мной все, что они захотят. Я закрыл глаза и просто чувствовал, как страпон входит и выходит из моей задницы, как их руки ощупывают мое тело, как их голоса шепчут грязные слова мне на ухо.
Женщины перевернули меня на спину, и Анна Игоревна села мне на лицо своей раздолбанной пиздой, а Карина продолжила меня трахать страпоном в задницу.
Я извивался и стонал, чувствуя, как ее лобок давит на мое лицо, а страпон продолжает свою ритмичную работу во мне. Воздух был наполнен запахом возбуждения и похоти, смешанным с легким ароматом духов Анны Игоревны. Я чувствовал себя полностью отданным во власть этих женщин, игрушкой в их руках, и это странным образом возбуждало меня еще больше.
Постепенно стоны перешли в хриплые крики, тело начало биться в конвульсиях. Анна Игоревна усилила давление, ее движения стали более интенсивными, а Карина не отставала, вбивая страпон все глубже и глубже. Я чувствовал, как волны наслаждения накатывают на меня, одна за другой, смывая все остатки сопротивления.
В какой-то момент я почувствовал, что теряю сознание. Все вокруг поплыло, звуки приглушились, а в голове осталась лишь одна мысль: "Еще, еще...". Тело горело, каждая клетка кричала от удовольствия.
Анна начала кончать, заливая моё лицо и ротик своими соками в пересмешку со сквиртом. Почувствовав её сладкий вкус в своем ротике, я тоже начал кончать, заливая спермой свой животик.
Карина, не теряя времени, легла на меня сверху, начала играть с остатками моей спермы, размазывая её по своему телу и моему, своими большими сиськами. Её движения были чувственными и завораживающими, словно она рисовала картину любви на наших телах.
Затем она придвинулась ближе и начала нежно целовать меня, передавая вкус наших общих удовольствий. Её губы были сладкими и манящими, и я не мог устоять перед её соблазном.
Анна, немного придя в себя, присоединилась к нам. Теперь мы целовались очень грязно втроем. Юным паренёк, ботаник, примерный ученик и две взрослые женщины, бесконечно развратные, сгорающие от похоти.
Мои руки скользили по их телам, ощущая каждый изгиб, каждую впадинку. Кожа Анны была прохладной и шелковистой, а у второй женщины – теплой и бархатистой. Их дыхание участилось, смешиваясь с моим в едином порыве страсти. Я чувствовал себя потерянным в этом водовороте ощущений, забыв обо всем на свете.
Анна шепнула что-то мне на ухо, от чего по коже пробежали мурашки. Слова ее были непристойными, но в тот момент они казались мне самой прекрасной музыкой. Вторая женщина прикусила мою губу, и я застонал от удовольствия. Я чувствовал себя одновременно смущенным и возбужденным, не зная, куда девать руки и куда смотреть.
Комната наполнилась стонами и вздохами. Казалось, время остановилось, и остались только мы трое, объединенные общей
На реке.