Въехав на территорию дачного массива, микроавтобус неторопливо подкатился к находящемуся в его глуби участку. Участок производил впечатление давно заброшенного - дикие заросли кустов обрамляли его по периметру. Но первое впечатление оказалось обманчивым - внутри территория оказалась вполне ухоженной, возле дальней от ворот его границы стоял маленький щитовой домик, рядом с ним - ещё более скромных размеров банька, а оставшуюся площадь занимали тут и там стоящие фруктовые деревья, беспорядочно между ними разбросанные грядки с растущими на них непонятными для городской молодёжи культурами, всё же остальное место представляло собой газон, покрытый недавно постриженной травой. А растущие по периметру дикие заросли надёжно скрывали от посторонних глаз всё, что находится и происходит на участке.
Заглушив мотор, Андрей вышел из машины, закрыл ворота и, открыв пассажирскую дверь, подал Светке руку:
— Приехали, о чём задумалась?
— Да так... спасибо, - вышла из машины Светка. Она, действительно, была погружена в свои мысли, не зная, как возобновить разговор с Андреем. Он ей, как и предсказывала Лариска, очень понравился, и, никогда особо не отличавшаяся скромностью Светка, стала при нём вдруг стесняться и тушеваться. А тут ещё и её полная, демонстративная нагота, которая стала ей вдруг казаться неуместной. Но прикрываться руками после проведённого голышом утра в дороге было явно ещё более неуместно, и Светка решилась. Положив обе руки Андрею на плечи, она прижалась своей стоячей грудью к нему и, заглянув в глаза, спросила:
— Андрюш... а тебе понравилось, как я тебе сосала? - сказала она и густо покраснела. Одно дело - в кругу подруг делиться, как кто у кого отсосал, кто кому в письку дал, а другое - задать вслух столь откровенно такой вопрос парню, в разговоре с которым почему-то не хотелось отпускать пошлые шуточки, и перед которым она всё ещё стояла совершенно обнажённой. Буря чувств, мыслей, эмоций пролетела у неё в голове, прежде, чем она произнесла эту, казалось бы, примитивную фразу. И такая же буря бушевала внутри неё сейчас. Писька её, обдуваемая лёгким ветерком, пульсировала и намокала.
— Эммм... ну... да, конечно, - выдавил из себя ошарашенный её откровенностью Андрей. И, немного осмелев, выдал:
— Если хочешь, я мог бы... ну... тоже. Я тоже мог бы. В общем, хочешь, я тоже тебе полижу?
— Конечно! - с облегчением чмокнула Светка его в губы. Её переживания оказались напрасными и от радости она, крепко обняв его, повисла у него на шее. Ему ничего не оставалось, как крепко схватить её за попку и прижать к себе. - Разденешься? Смотри, ребята уже... - начавшее возвращаться к Светке самообладание придало её вопросу деловитый тон.
В самом деле, Лариска и Машка уже скинули с себя свои футболки и, разгуливая по участку голышом, осматривали его. Серёга с Ринатом продолжали почему-то оставаться в шортах.
— Давай, покажи парням пример, - расстёгивала ремень андреевых шорт Светка. - А то так и будете с потными яйцами ходить, - хихикнула она, стягивая с него штаны. Его, уже полустоячий хуй, ощутив, наконец, свободу, выпрямился и встал в полную силу. Он с наслаждением ощутил, как его, сморщенная одеждой, мошонка, распрямилась под весом яиц, оказалавшись на свежем воздухе.
— Горячие, жарко им, - обхватив их ладошкой, отметила Светка. - Это же вредно для них, дай им проветриться! - с этими словами она, не удержавшись, снова поцеловала его полуоткрытую головку.
Выпрямившись, она оказалась в его объятиях, попытавшись покинуть которые, Светка повернулась к нему боком, но, передумав, так и осталась в его руках. Правой рукой он обнимал её за талию, а левая, нежно сжавшая грудь,
Истории из моей жизни - 3. Новые просвещенные