доминируют грязным шантажом, показывая ей же видосы, как её опускают. Она обречённо, со слезами на глазах, покорялась, выполняя любые их прихоти, переживая настоящую, не поддельную, горькую обиду. Хотя глубоко в душе, где над ней проплывали волны сильного беспокойства, она собой даже восхищалась, (Что она такая женщина, где ею даже подростки восхищаются и страстно её желают, не всем это дано).
Ей уже было даже забавно, что она - женщина, перед мальчишками встаёт на колени, берёт у них в рот и как королева, высасывает у них все силёнки.
Ей уже было забавно, перед ними загибаться, выставляя свой красивый зад, где растекаясь слюнями, они его дырявили.
Ей уже было забавно, ложиться на спину, раздвигать перед ними ноги, и чувствовать их горячие взгляды, обжигая её тело.
Это всё происходило через унижение и обиду, от чего чувства переносились острее и прямо обжигающи!
Ей не хотелось этого и одновременно уже не могла без этого - неравноправия, подлости, унижения и вместе с этим, сильных оргазмов, которые трепали её душу!
И вот, открыв дверь, она увидела, как обычно троих подонков.
— Здравствуйте мои вкусные. - так они её приучили говорить всякие лести, чтобы их возбуждать.
— Смотри, по ходу только что ртом работала. У Андрюшки сосала? - Не стыдно? А ещё мама. Какой же ты пример подаёшь сыну? Ай ай яй. - застыдил Мамоня женщину. - Шлюха ты чердачная!
Людмила быстро оправдательно и спешно, стала губы вытерпеть.
— Хуесоска! Что, никак не можешь без хуя? Ну ничего, мы тебе поможем с этим - ехидно улыбаясь сказал Бива и схватил Людмилу Витальевну за любимую пизду, сильно ущипнув её. Та айкнув, пригнулась наклонясь в его сторону, схватив машинально его за руку. Тут и Мамоня схватил её за ягодицу небрежно мацая.
Людмила Витальевна, скромно улыбнулась, и получала удовольствие от их лапающих рук.
В глазах у неё мелькнули образы, как перед носом мелькают их хуи, и уже почувствовала их вкусы.
Мой первый минет