Перед моими глазами были кадры нашей с Верой «шалости».
— Ну и что будем с этим делать? — спросил отец.
Я часто моргал. Слов не находилось.
— Когда я покупал этот дом, мне передали в том числе и видеонаблюдение по всему периметру дома. Я тогда еще думал, зачем оно мне. Сейчас вот понял, что не зря. И не зря думал, что между вами что-то не так — слишком странны вы вели себя за ужином.
Я молчал.
— Так как ты это объяснишь?
— Я... Не знаю...
— Ты мужик или кто, Артем?
Отец встал из-за стола и грозно смотрел на меня. Я не понимал, что мне делать и как пытаться объяснить то, что я сделал.
— Иди с глаз моих. Подумай о том, что ты хочешь мне сказать. Вечером поговорим.
Я быстро вышел из кабинета и закрыл дверь. Когда я поднимался в свою комнату, увидел, что Вера обеспокоенная спускалась по лестнице вниз. Кажется, был ее черед.
Я задержался на лестнице и, немного подумав, решил спуститься за ней. Так и было — она шла в кабинет отца. Но если в ее взгляде было опасение, то язык тела говорил об обратном. Повиливая бедрами, она шла в кабинет отца так, будто он позвал ее просто заняться сексом, в очередной раз. Ничего необычного. Но я не мог это пропустить.
Она прошла в комнату и прикрыла дверь. Я сразу подошел ближе и начал слушать.
— Как тебе жизнь с Артемом?
— Да нормально.
— Вер, ты ничего не хочешь мне сказать?
— Что? Люблю тебя, зай, — хихикнула Вера и, судя по шороху, полезла целовать моего отца прямо через стол, — Хочешь взять меня прям здесь?
— Нет. Встань. Есть разговор.
Снова шорох. Вера вставала со стола.
— Что такое, зай?
— Ты мне объясни.
Я услышал шорох поворачиваемого ноутбука. Клик — и на экране запустилось видео. Со звуком. С того места, где она говорила с подругой об отце.
—. .. Не знал, где клитор находится, и как вообще жену ебать надо, чтобы та по сторонам не смотрела...»
Пауза.
Тишина.
Вера громко вздыхает.
Слышно клацанье клавиш. Снова плей.
Ее стоны. Кадры, где я трахаю киску мачехи.
Когда видео останавливается, в кабинете молчание.
— Значит тебе так надо, чтобы тебя трахали? Мой сын? — закричал отец.
Вера начала всхлипывать и что-то бормотать.
— Вера, мне не надо разводить тут лужи. Я хочу понять, что было в твоей голове, когда ты решила, что можешь трахать моего сына?
— Но это не я... Это он...
— Вера, мать твою, ему 20 лет, не смеши меня. Даже если он был сверху, ты ему это позволила! Ты не остановила! Ты раздвинула свои ноги, как шалава!
Вера начала плакать. Отец молчал и только грозно дышал.
— Ты ведь не знаешь, почему я развелся с матерью Артема. Пора рассказать.
— --
Мы поженились, когда нам было по 20. Считай, как сейчас Артему. Мне нравилось с ней, она была моей любимой. Вот только не жена, а ханжа. Секс — только в миссионерской позе, и то, по праздникам. Минет и куни — строго нет. Об анале вообще речи не шло.
Я молодой, а она такая сексуальная. И такая скучная.
Какое-то время мы жили так. Я терпел. Даже ни с кем не изменял. Но всё сложнее и сложнее было. Друзья делятся, как со своими жёнами, а некоторые и с любовницами развлекаются, а я просто терплю.
Один раз попробовал просто после работы нагнуть её раком на столе на кухне и выебать. Расплакалась, отбивалась, в итоге я отпустил.
Развелись через месяц. После этого я только с такими девушками и встречался — кто мог взять инициативу в свои руки.
Шалости с братиком&#