«Хорошо, Алекс, подойди к передней части класса за наградой».
Алекс сделал, как велели, бросив взгляд на мисс Хардинг. Она сидела, скрестив ноги, на стуле с прямой спинкой. На её лице не было явного выражения.
«Отлично, Алекс, вот сюда, встань лицом к классу». Он выполнил указание. «У меня для тебя очень хорошая награда».
Алекс уже чувствовал, как набухает, только от мыслей о том, что это может быть.
Мисс Нисида заняла привычное положение прямо перед студентом. Однако на этот раз она опустилась на колени, а не студент, и откинулась на пятки. Она посмотрела на Алекса снизу, её карие глаза так мило блестели за очками, её выдающаяся грудь выпирала ниже. «Пожалуйста, Алекс, подойди ближе».
Он и так был очень близко, но сделал, как она просила, так что его пах оказался в нескольких сантиметрах от её лица.
Мисс Нисида подняла руки и легко коснулась пальцами передней части его брюк, осторожно пощупала и невинно спросила: «У тебя очень большой пенис, Алекс?»
Глаза Алекса тут же метнулись к мисс Хардинг, которая лишь посмотрела на него без выражения. Он чувствовал, как сердце колотится от возбуждения и смятения. Это казалось совсем неправильным. Он, возможно, привык к необычным наградам мисс Нисиды, но присутствие другого преподавателя, мисс Хардинг, заставило его остро осознать, что происходит в этом классе.
Мисс Нисида посмотрела на него и успокаивающе сказала: «Не бойся, Алекс. Всё в порядке».
На самом деле всё было в порядке. Мисс Хардинг не была полностью против подхода мисс Нисиды. Она даже была рада видеть, что другой преподаватель имеет смелость следовать своим убеждениям. Только мистер Питерс, похоже, разделял этот педагогический подход, хотя, возможно, были и другие преподаватели в Темплтоне, работавшие тише, незаметнее, чем мистер Питерс. Она слышала слухи о клиницисте колледжа, докторе Лоуэнштайне, но ничего конкретного.
Но то, что это было нормально для мисс Хардинг, не было известно или очевидно для Алекса. Он хотя бы оценил, что она не вскочила, чтобы выразить шок или возмущение. Тем не менее, он отвёл взгляд, так как ему было неловко, что старший преподаватель смотрит, как мисс Нисида ласкает его пенис через брюки. К тому же, было гораздо приятнее смотреть в не менее привлекательные и гораздо более приятные, радующие глаза мисс Нисиды, пока она продолжала гладить его пах.
Она снова спросила: «Спорим, у студента очень большой пенис. Это так, Алекс?»
«Эм, нет, нет, мэм». Это была правда. У него точно не был большой, но и не слишком маленький. Скорее средний.
Алексу повезло, что он предпочёл свободные боксеры, так как это облегчало мисс Нисиде поиск и ласки его пениса. Она чувствовала, как он медленно начинает реагировать. Мало кто из парней мог устоять перед красивой учительницей, ласкающей их через брюки, но Алекс очень нервничал из-за зрителей. Даже присутствие парней немного его беспокоило.
Они, возможно, беспокоились о мисс Хардинг ещё больше. По крайней мере, Алекс мог её видеть. Пара из них иногда оглядывалась, но, как и у Алекса, её выражение не выдавало её чувств или мыслей. Хуже того, они чувствовали себя очень неловко, лаская себя, когда за ними сидела профессор. Они серьёзно сомневались, что могли бы это делать, не будучи замеченными, а они слышали, какой строгой дисциплинаркой она может быть. Поэтому они постоянно ёрзали на стульях, неудобно извиваясь, пока их члены росли в брюках, без облегчения от собственных пальцев.
Мисс Нисида поняла, что нужно усилить стимуляцию, хотя бы немного. Она наклонилась вперёд и прижалась губами к набухающему бугру. «Ммм, студент, твой пенис тоже вкусный?»
Фильм II. Продолжение...