близко. Засунув палец в попу, она подумала о том, как он лижет ее анус, и перешла грань. Она кончила сильно. Будучи трахнутой Профессором К. Ее тело сотрясалось от последних остатков более интенсивного, чем обычно, оргазма, и наконец она рухнула. Разум очистился. И она задремала, всё еще полуголая, с блестящими пальцами, в долгом и спокойном сне.
Остаток выходных прошел относительно спокойно. По причинам, которые она не могла объяснить, она захотела сделать свежий маникюр и педикюр перед визитом к Профессору К в понедельник. Ожидая погоду около 70°F в понедельник, она уже планировала надеть легкое платье для визита. Она рассматривала более консервативный наряд, возможно, подходящий для начинающего юриста, но в итоге выбрала комфорт и тот, что отражал ее личность и приветствовал новую весеннюю погоду. Опять же, почему она уже планировала наряд, было ей непонятно, но мысль об этом вызывала покалывание в киске. Ничего в этом не казалось нормальным.
Ее утренние занятия в понедельник прошли без происшествий. Профессора и студенты готовились к финальным экзаменам, а также к подготовке к важнейшему стандартизированному экзамену GRE для поступления в юридическую школу. Тем не менее, она пережила утро и вернулась в квартиру, чтобы подготовиться к дневной встрече с профессором.
Принимая душ, она обнаружила, что сбривает каждый волосок на теле. Киска и попа были идеально гладкими к концу, ее киска пухлой и набухшей, требующей внимания. Однако, опаздывая по времени, она не успела себя трахнуть. Вместо этого она быстро закончила собираться: волосы, очень легкий макияж, босоножки на ремешках и платье... без лифчика, конечно.
Последний взгляд в зеркало в полный рост перед уходом — она была довольна результатом. Собрав ключи, сумочку и телефон у входной двери, по какой-то причине она спустила стринги, которые были на ней, до щиколоток и пнула их через комнату, прежде чем выйти и запереть дверь. Она отправилась.
Хотя она слышала об этом этаже Грозной Пятерки в юридической школе, у нее никогда не было повода там бывать. Как оказалось, безопасность, связанная с доступом на этаж, была сложнее, чем ожидалось. Ей пришлось позвонить секретарю профессора, который затем отправил зарезервированный лифт на первый этаж, чтобы она поднялась на то, что, как она обнаружила, было верхним этажом здания. «Господи Иисусе», — подумала она. — «У этих ребят серьезное влияние!»
В единственном лифте был очевидный модуль для считывания карт доступа. Внутри не было кнопок для других этажей. Этот лифт обслуживал только верхний этаж.
Впечатленная шиком, но не переосмысливая, она поднималась в лифте в предвкушении встречи. Очевидно, это не место для встреч со студентами. Предполагая, что у них есть другие офисы ближе к аудиториям, она решила, что это, должно быть, основные офисы, где проходит большая часть их неклассной работы.
Дверь лифта открылась, и она вырвалась из своих мыслей. Осторожно выйдя из лифта, она огляделась. Напоминая каждый фильм 1920-х годов, где члены джентльменских клубов сидели в смокингах и курили сигары, отделка вокруг нее была ошеломляющей. Богатые полы из твердой древесины, стены, окрашенные в теплые тона, и изысканные произведения искусства украшали каждую стену. Казалось, что этаж условно разделен на квадранты, так что большие угловые офисы были зарезервированы для самых старших профессоров, у каждого из которых были секретари, собственные конференц-залы или рабочие комнаты, а центральный коридор здания содержал столь известную частную юридическую библиотеку и технические/сервисные помещения.
Ее челюсть отвисла. Она шла медленно, впитывая всё. Она коснулась стены, которая не ощущалась как краска, а как какое-то другое покрытие. Так поглощенная своим восхищением, она вздрогнула, когда ближайший секретарь обратилась к ней по имени и попросила Норику следовать
Неожиданная изюминка