Летние дни продолжали течь неспешно, и для Артёма с Еленой Викторовной каждый из них был пропитан теплом их близости. После их последнего вечера, полного страсти и новых открытий, они всё чаще говорили о том, как бы ещё удивить друг друга. Елена Викторовна, с её игривой уверенностью, предложила вернуться на их тайный пляж, где всё началось, но с «чем-то особенным». Артём, чьи карие глаза загорались при её словах, согласился, чувствуя, как предвкушение будоражит его.
Вечер был тёплым, небо окрашивалось в розовые и золотистые тона, а река тихо плескалась о берег. Они пришли на их укромное место, окружённое высокими травами и ивами, где никто не мог их увидеть. Елена Викторовна, в лёгком сарафане, подчёркивающем её полные формы, вручила Артёму плетёную корзину, в которой лежал плед, бутылка вина и небольшой флакон с ароматическим маслом. Её седые волосы были распущены, а тёмно-зелёные глаза блестели от предвкушения. Артём, в шортах и белой футболке, нёс их старый плед, его худощавое тело было напряжено от волнения, а член, уже слегка напрягшийся от мыслей о ней, выдавал его желание.
Они расстелили плед на тёплом песке, у самой кромки воды, и Елена Викторовна, с улыбкой, сняла сарафан, открывая своё зрелое тело — мягкие груди, чуть покачивающиеся при движении, широкие бёдра, упругие и манящие, невесомые седые волосики на лобке. «Тёма, не стой столбом, — хмыкнула она, её голос был тёплым, с лёгкой насмешкой. — Снимай всё, сегодня будем наслаждаться».
Артём, краснея, но с улыбкой, стянул одежду, его худое тело с лёгким загаром блестело в закатном свете, а член, уже твёрдый, не оставлял сомнений в его готовности, он медленно прокачивался после того, как Артём стянул с него свои трусы. Они сели на плед, и Елена Викторовна, открыв вино, налила им по бокалу. Они пили, смеялись, их разговоры текли легко, но воздух между ними был заряжен ожиданием. Она взяла флакон с маслом, пахнущим сандалом и жасмином, и, посмотрев на него с игривой искоркой, сказала: «Тёма, сегодня я хочу, чтобы ты меня... продолжил изучать. Медленно. А я тебе помогу».
Она легла на живот, её тело, тёплое от солнца, казалось частью природы вокруг. Артём, взяв флакон, налил масло на ладони, согрел его и начал массировать её спину, его пальцы скользили по её коже, разминая плечи, поясницу, ягодицы, заглядывая подмышки, поглаживая распластанные груди, и снова возвращаясь к попе. Он сидел сверху, и его яички щекотали кожу Елены Викторовны. Она обожала чувствовать касания его мошонки. Елена Викторовна тихо выдохнула, её дыхание стало глубже, а тело расслабилось под его касаниями. «Вот так, Тёма... не торопись», — шепнула она, её голос был почти мурлыкающим.
Его руки, скользкие от масла, гладили её ягодицы, задерживаясь на их упругости, а затем осмелели, раздвигая её попу. Он наклонился, его губы коснулись её кожи, оставляя влажные поцелуи, и, повинуясь её недавним урокам, его язык начал нежное исследование её интимных границ. Елена Викторовна застонала, её бёдра слегка напряглись, а пальцы сжали плед. «Тёма... да...», — выдохнула она, и её реакция, такая живая, подстегнула его продолжать. Его язык, тёплый и мягкий, кружил, лаская её анус, и она, выгнувшись, подалась ему навстречу.
—Аххх... — протянула она.
Но, она, не желая, чтобы всё закончилось слишком быстро, перевернулась на спину, её глаза блестели от удовольствия. «Теперь моя очередь», — сказала она, и, взяв масло, начала массировать его тело. Её руки скользили по его груди, животу, бёдрам, а затем обхватили его член, твёрдый и сильный. Она наклонилась, её губы коснулись его
Моя работа (продолжение)