Категории: Инцест | 18 лет
Добавлен: 06.06.2025 в 09:38
того, как она сжималась на них минуту назад.
Осторожно, не спеша, я чуть отстранилась и посмотрела ей в глаза. Они были затуманены, тёплые, светящиеся чем-то слишком чистым и слишком плотским одновременно.
— Я… всё ещё внутри звука твоего стона, — пробормотала я, мягко касаясь её щеки. — Он у меня внутри. Навсегда.
Курай улыбнулась, смущённо опустив глаза, но её пальцы всё ещё держались за край моей кофты, будто не хотели отпускать. Я почувствовала, как внутри вновь дрожит что-то тёплое — не похоть, не голод, а нежность. Безмерная, почти щемящая.
Я скользнула рукой вниз, к её бедру, и с ласковой медлительностью вытащила свои пальцы из её влажной, горячей глубины. Она слегка вздрогнула, вдохнула шумно, будто прощалась с чем-то невероятным.
— Прости, — прошептала она. — Я так сильно…
— Тсс… — я наклонилась ближе и поцеловала её в уголок губ. — Не извиняйся за то, что чувствовала. Это было красиво.
Я посмотрела на свои пальцы, блестящие от её сока, и прежде чем мозг успел включиться, провела ими по губам, затем медленно облизала, с закрытыми глазами.
— Лисса… — простонала она тихо, едва слышно, но с таким трепетом, что у меня дрогнуло сердце.
Я открыла глаза — она смотрела на меня с обожанием и любопытством, чуть приоткрыв губы, точно забыла, как дышать.
— А ты… тоже хочешь попробовать? — спросила я тихо.
Она кивнула, почти неосознанно. На её пальцах блестела моя влага, и я затаила дыхание, когда Курай медленно поднесла их к губам. Первый контакт её языка с кожей — неуверенный, трепетный — заставил меня зажмуриться.
— У тебя… — она замерла, пробуя ещё раз. — У тебя вкус… как если бы мед растаял на солнце. Густо и пронзительно. Я… не знаю, как иначе описать.
Я хмыкнула, всё ещё обнимая её, и тихо прошептала:
— А ты — как персик под дождём. Немного сладкая, немного солёная. Я не забуду.
Она рассмеялась, тихо, с хрипотцой, и снова уткнулась лбом мне в плечо.
— Мы правда… это сделали? Прямо тут?
— Почти не прячаясь, — кивнула я, нежно поглаживая её затылок. — Первая наша… вместе. И, наверное, самая откровенная.
— Но почему не страшно? — прошептала она. — Мы же могли… кто-то мог увидеть…
— Потому что это была правда. А правда — она сильнее страха, Курай. — Я коснулась её подбородка, поднимая лицо. — Я хочу помнить тебя именно такой. Настоящей. Влажной, вздрагивающей от моих пальцев, с волосами, прилипшими к лбу… — я слегка рассмеялась, проведя ладонью по её щеке. — И со вкусом солнца на губах.
Она молчала, только смотрела. А потом, медленно, совсем медленно, потянулась ко мне и поцеловала — не так, как раньше. Этот поцелуй был тёплым, глубоким, немного дрожащим, будто мы обе поняли, что уже не те, кем были до этого момента. Он был простым и вечным.
— Мне нравится быть с тобой вот так, — прошептала она, когда наши лбы вновь соприкоснулись.
— А мне — открывать тебя заново. Каждый раз.
На несколько секунд мы просто молчали. Вдали снова послышались голоса. Кто-то шёл по тропинке, не зная, что за кустами хранится самое нежное, что случилось в этот вечер.
— Пусть идут, — сказала я, прижимая её к себе. — Им не догадаться, что мы тут… стали ближе, чем когда-либо.
— И не узнают, — шепнула Курай, а потом добавила чуть смущённо: — Только если мы не оставили следов.
— Тогда нам придётся повторить и убедиться, что всё аккуратно, — хихикнула я, прижимаясь к ней снова.
Несколько мгновений мы просто стояли на поляне, окружённой нежным шёпотом
Хищник