твои джинсики, уж очень твои трусики вкусно пахнут, не отдам.
И в рюкзак, и в рюкзак свой всё это от меня прячет.
- Отдай!
- Ладно-ладно - отдам. Вот, посмотрю только чего ты там под ними от меня прятала и отдам.
Лезет, садюга, под стол, раздвигает, паразит, мои ножки, смотрит - или не смотрит. И тут! - ну, будто бы ждал - подходит официант!
- А где ваш спутник, вы ещё чего нибудь заказывать будете?
- Я. ... Он. ... Сейчас - сейчас.
А он! - не знаю - то ли пальчиками, то ли язычком, то. ... И ложечка, где? - где его ложечка?! О, что, что это она? - ложечка или. ..? Язык, язычок. Пальцы, па.... Один, ещё один. Да-да - прямо там. А так как моя попа, моя голая, моя мокрая попочка с дивана, с диванчика-то соскользнула, то и не только, оооо, не только там!!! Слушайте - я наверное кричала. И официант - и крутившаяся неподалёку официантка - и кое кто из посетителей так и норовили, так и норовили под скатерть, под столик под наш заглянуть. Так вот. Не знаю - люди - народ - не знаю, как там по первому разу было у вас! - и у вас мальчики, и у вас девочки - а мне, скажу я вам, по первому разу понравилось. И настолько, настолько мне по первому разу понравилось! - эх, где же ты моя невинность - что мне теперь окромя моего дурака! - моего-моего - обвенчались - никто уже и не нужен. И, наконец, о стихотворении. Ну, о том самом - на ушко - о том, от которого пардон я взмокла. Надо - воровать нехорошо - упомянуть этого стихотворения название надо. Наберите, загуглите пожалуйста “мирослав мир ну дурак” - там таких стихотворений много, а вышеупомянутое самое-самое из всех тамошних стихотворений приличное.
Беги, Света, беги... - часть 2