пахнут духами или одеждой. У нее же запах ее роскошного влагалища. И он сводил меня с ума... пьянил... лишал свободы воли... Гениталии Кристины, подернутые густыми волосами – это произведение искусства; я жадно вдыхал их тонкий травянистый аромат, любовался изяществом линий больших и малых половых губ...
Через месяц в ее гостиной появилась интересная картина... завораживающее буйство красок и линий. Но мало кто знает, как появился этот шедевр. Сейчас расскажу. Моя лапка пробовала писать картины. Особенно ей нравилось изображать космические пейзажи, цветы, деревья.
Одну из очередных июльских ночей мы с нею вновь решили посвятить искусству. Когда я вошел в квартиру Кристины, она была не одна. В углу на диване ее подругу Эмму лет 45-50 уже обихаживал какой-то юноша. Эмма тихонько скулила, подставив под сокрушительные удары его фаллоса свою задницу.
Кристина Викторовна улыбнулась:
— Познакомься, Эмиль, это Эмма и Паша.
— Вы начали без меня?
Встав на коленки, хозяйка деловито вытащила из джинсов мое отяжелевшее достоинство. И вот уже весь мой ствол красиво испачкан ее помадой... Ее большие возбужденные соски проступили сквозь белую маечку. Я провел членом по ее жемчужным зубкам... и начал им ласково хлестать ее по щекам...
«Стань моим счастьем, подари мне одну только ночь!»
Эмма и Паша, оба удовлетворенные, сидя на диване и поглаживая друг друга, наблюдали за нами... Согласен, тут было на что посмотреть. Намотав волосы Кристины Викторовны на кулаки, я начал жестко насаживать ее рот на своего друга, стремясь достать до гортани.
Моя взрослая шлюха дышала все громче и громче. Исступление нарастало. Вот она кричит, бьется в судороге. Три глубоких заглатывания... вспышка...потрясение... Бегущее по телу пламя... И мой натруженный и увитый вздувшимися венами конский елдак начал стрелять густой белой влагой на лицо и грудь моей подруги, ее плечи, живот и бедра...
— Браво! Браво! – закричали Эмма и Паша. И даже захлопали в ладоши.
«Подари мне предстоящую ночь, стань моим ангелом, станцуй для меня танец любви!» - разносился по квартире голос Сальваторе Адамо...
Наша групповуха продолжилась самым невероятным образом. Наши женщины решили, что они будут писать картины, а мы с Пашей в это время будем трахать их в попы. Благо у Паши его пенис тоже был ого-го.
Подруги установили мольберты. Зазвучала волшебная музыка. Пятилетний сынок Эммы Алекс принес нам краски и кисти, убежал в детскую. Дамы приступили к творчеству, перемешанному с сексуальной энергией наших с Пашей членов. Три удара хуем в задний проход – и мазок по холсту. Еще пара ударов – и полотна начинают наполняться яркими волнующими линиями...Атака за атакой.... толчок... вибрация... еще атака... Кристиночка, ты прелесть!...Удар! Еще удар! Эммочка, ты суупер!
...Эмма, кстати, стеснялась своей большой попы. Конечно, для 50-летней дамы ее зад был великоват, но не настолько, чтобы комплексовать по этому поводу. В 50 лет попы многих женщин уже не такие как в 18. Кристина Андреевна пыталась развеять ее комплексы. Говорила, что в жизни найдется еще немало желающих задрать ей юбку. Чтобы не комплексовать, нужно просто чаще заниматься сексом. Самый действенный психоанализ, как говаривал старина Фрейд, это когда у зрелой женщины появляется хороший молодой любовник. Так у Эммы появился Паша, студент строительного колледжа. Перетрахал всех девчонок в своем колледже, и остановился на Эмме с ее огромной задницей.
Я предложил женщинам и Паше прогуляться по парку. Тем более, что Паша захотел обменяться нашими подругами. Они были не против. В парке я подошел к Эмме сзади, прижал ее к дереву. Моя рука скользнула ей под юбку. Я начал ласкать ее промежность. Влагалище у зрелой женщины тоже было глубокое и достаточно вместительное. Конечно,
Мило и приятно...