Эта сцена вполне ожидаемо снова подхлестнуло моё либидо и я, замотанная в полотенце, ворвалась к братцу в комнату и напала на него спящего.
Я никогда не думала об отчиме как о мужчине, не представляла себя с ним и не грезила о его причиндалах, просто меня всегда сильно возбуждали ситуации выходящие за грани приличия и чем неприличнее, казалось, произошедшее, тем сильнее я текла.
В общем, я вошла, решительно сдёрнула с Олега простыню и обнаружив его там голым, сразу же прильнула губками к своему любимому «леденцу».
Братик в ужасе вскинул руки:
— Нелли, да какого хера?!
— Тихо!... мне очень было нужно!
Олежка выгнулся от удовольствия, застонал и запустил свои руки мне в волосы:
— О-ом... бли-ин, ну не сейчас же... договорились вечером...
— Хватит ныть! Замолчи и вспомни какой ты скорострел... что бы нам не спалиться.
Я сосала можно сказать неистово, со всем своим усердием и нежностью, изо всех сил стараясь не касаться любимого пениса зубами.
На моё счастье, всё длилось ровно три минуты. Я как раз глотала добытое семя, когда уже дважды постучавшая Марьям к нам заглянула. Понимающе кивнув, она улыбнулась, учтиво сообщила, что мама нас ждёт к завтраку и прикрыла дверь.
Я вытерла губы, приблизилась к лицу моего мальчика и поцеловала.
— Сегодня ты вкусный,. .. сладенький.
Запустила его руку под полотенце и зажала между ножек, где снова стало влажно и горячо.
— Сумасшедшая!
— Мм (прикусила губку)... скорее бы вечер.
Продолжать шалить нам уже было опасно, и я соскочила с Олежкиных пальчиков и убежала одеваться, на прощание сложив руки в сердечко и прошептав беззвучное «люблю».
***
Наверное, впервые за всё время, новой традиции совместных завтраков, атмосфера в нашей гостиной была совсем не враждебной.
Сегодня, на наше счастье, никого не унижали и не наставляли. Мама, конечно, не отступилась от мысли меня проверить, но поскольку до её отъезда уже оставалось мало времени, перепоручила Тане взять у доктора справку о моей целостности.
Володя, явно избегавший встречаться с Таней взглядом, к моему паническому стыду, как-то по-особенному пялился на меня.
«Пиздец. Только этого еще мне не хватало!»
Очевидно, прибывая в благостных мечтах, а может, уже строя свои изощрённо развратные планы, Володя даже вернул Олегу ключи от его маленького Сузуки и отвалил 100к на холсты, от чего его сын чуть не подавился омлетом.
Вообще, как мне показалось похотливая мечтательность отчима меня немного пугала. Не совсем понимая на кого, он там настроился, я совсем не хотела, чтобы этот взрослый мужчина, со мной что-то там делал. Словом, я ему не позволила бы себя даже «понюхать».
Искренне надеясь на то, что Володя всё же настроился на секс со своей бывшей или на разрешённый перепихон с Марьям, я, стараясь отвлечься кокетничала с братцем, когда моя мама, так же срисовавшая игривое настроение своего мужчины, допила свой Латте и решительно уволокла Володю в их часть дома.
Я и не представляла себе насколько темпераментна моя маман. Софья никогда не позволяла себе вольностей на людях, ни разу не предстала передо мной в неподобающем виде, ни с Володей, ни тем более с моим отцом, её институтским преподавателем профессором Шмидтом.
Судя по тому, что я родилась мама точно занималась сексом и, если принимать во внимание моё просто «ядерное» либидо, должна была быть страстной любовницей.
Но, к великому моему сожалению, Софья никогда со мной разговоров на тему того, как я должна любить своего мужчину не вела, ничего не рассказывала и своим опытом не делилась.
Мама упорно убеждала меня в том, что я девочка ветренная, наивная и ведомая. Что бы мне не сделаться вечно беременной шлюшкой, я должна, обязательно выгодно
Не е..и где живёшь