тирана и подонка Исидор точно не тянет. Слишком искренний, доверчивый, простоватый… Которым три женщины вертят в своих интересах.
— Согласен! – ответил я слишком поспешно.
Девушка вновь запустила запись. Вот Катя потёрлась о меня задницей, потом вставила во влагалище… Лицо парня было хорошо видно, и смотрел он в промежность матери не с похотливым сладострастием, а… с какой-то влюблённой восторженностью! У него на глазах мама член в жопу засовывает, а он вылупился, как на… творение искусства какое-то уникальное! И к мокрой промежности, он не жадно припал, а спокойно приблизился. Катя откинулась назад, я придержал её за бёдра. Голова парня медленно покачивается, пока мы разговариваем, и тут я резко начинаю её трахать. Женщина закидывает голову, широко распахнув рот, а сын придерживает её за ноги. Со стороны это смотрится… совсем иначе! Вообще совсем! Тимофей откинулся назад, продолжая восхищённо любоваться процессом.
— Как он смотрит! - снова заговорила Таня. - Он тоже не знает про запись. Не очень хорошо с ним знакома, но не могу назвать его озабоченным подростком.
Уж точно! Какой-то эстет-вуайерист! Мы снова заговорили. Да, это про анальный секс с Катей. Вот его улыбка и вовсе не самодовольная, как мне тогда показалось. Вот я расслабился, закрыл глаза, и парень вставил член в её рот. Вполне решительно и уверенно. Скоро всё закончилось, я его прогнал, и мы лежим с Катей, переговариваясь. Телефонный звонок, я выбегаю из спальни, а Катя встаёт и подходит к камере.
— Ну-у-у… Поучительная запись, - вздохнул я, не зная, что ещё сказать.
— Меня там не было, но думаю вы представляли всё иначе. Именно это я и хочу использовать. То, как вы всё себе представляете и как на самом деле выглядите. Не хочу делать из вас порноактёров, которые выполняют заученные движения в определённой последовательности. И совсем уж аматорское видео – избитый приём. Камера дёргается, резкость расплывается… Жуть!
— Ну-у-у… Согласен, - растерянно кивнул я.
— У меня личный вопрос, на который можно не отвечать, - она достала из своей тетрадки фотографию и протянула её мне. Голая Олька? Или… Женщина просто стояла у стены, отставив одну ногу и упершись рукой в бедро. – У Оли есть сестра?
— Ну-у-у… Это мы как-то… - признаваться, не поговорив с женой, я не собирался, но… - Подожди! Где ты её взяла?
— В той коробке на самом дне лежала. Сначала подумала, что Оля. Потом какое-то странное ощущение – вроде как она и старше, и моложе. Подумала, что сестра. Не стала при ней вчера показывать.
— Умница! – я чмокнул девушку в щёку. – У нас был сложный период… Сомневаюсь, что она захочет вспоминать… Я с ней сначала посоветуюсь? Если она не против…
— Это совсем не обязательно. У вас остаётся своя личная жизнь.
— Знаю, что не обязательно. Но у нас уже есть с тобой секреты, - я снова поцеловал девушку, теперь уже в губы. – Хочу тебя…
— Тоже очень хочу. Но Исидору скоро понадобится сперма. Можете мне отлизать, когда я приду… перед сном.
— Непременно, - мы с трудом разлепились, тяжело дыша.
— И последний вопрос, - прошептала Таня, а я внутренне напрягся. – Вы так и не сказали своё мнение… По поводу съёмки.
— Какая наблюдательная! Если бы хоть одна выступила против или назвала причиной деньги или секс… Я бы постарался уговорить остальных. Вы все начали меняться… или раскрываться. На мой взгляд – это замечательно! Всем нам от этого хорошо. Но вокруг нас есть другие. Они не позволят нам оставаться счастливыми.
23 февраля