Категории: Измена | В попку
Добавлен: 08.06.2025 в 21:45
Андрей сидел за ноутбуком, чертёж в AutoCAD мигал на экране, линии будущего здания расплывались перед глазами. Он откинулся в кресле, потёр виски и взглянул в окно. За стеклом моросил дождь, стуча по подоконнику, а в голове стучала мысль: что творится с Евой? Его Евой, нежной, утончённой, той, что всегда была его опорой.
Всё началось с того проклятого поезда. Андрей дал слабину, заснув, оставив жену одну в купе с этим... Виктором. Тогда ничего не случилось — по крайней мере, Ева так сказала. Но внутри, где-то в глубине, на душе скребли кошки. В ту ночь ему приснился кошмар: его кроткая, прекрасная Ева извивалась под этим кабаном. От одной мысли руки задрожали. К счастью, то был лишь бред, воспалённый виски и снотворным — идиотская идея смешать их, конечно. Ева встретила его утром как обычно: с лёгкой иронией в глазах, смешанной с заботой. Это грело и успокаивало.
Подозрений особых не было. Ну, выпили, потрепались о чём-то пошлом — на пьяную голову такое бывает. Сам Андрей не святой, бывало, шутил с коллегами за гранью приличия. Смешно даже думать, что там могло быть что-то серьёзное. Секс? Да ну, бред, я бы точно проснулся...
Виктор, правда, впечатлял. Харизма, напор, жизненная хватка — он ловко уговорил Андрея на контракт с его бригадой. Такой мужчина, с опытом, с энергией, что не видит преград. Андрей невольно стал видеть в нём авторитет: вот как надо жить, брать своё, не тухнуть в офисе. Разговоры с ним за чаем были как глоток воздуха — Виктор умел завести, рассказать байку, ввернуть крепкое словцо.
Но Ева... при Вите она вела себя странно. Чопорно, как барыня на балу, краснела, замирала, будто каждое его слово — пощёчина. Ну да, мужик грубоват, матерщинник, но не до такой же степени, чтобы её коробило. Андрей списал это на её воспитание — бабушка вдолбила ей манеры чуть ли не царские. Но что-то в её поведении настораживало. Она стала отстранённой, задумчивой, часто уходила в себя, щёки вспыхивали без причины. А их секс... он выцвел, стал пресным, как вчерашний хлеб. Андрей любил Еву, относился к ней как к хрупкому цветку, был ласковым, страстным, старался беречь её красоту. Но теперь ей, похоже, этого не хватало. Работа выжимала его, проект давил, их редкие ночи любви стали ещё реже. Ева, видя его усталость, не настаивала, и это резало ещё больнее.
Тут Виктор и подкатил с идеей: помочь Андрею на «любовном фронте». Мол, подвозить Еву, поболтать, выведать, что у неё на душе. Андрей, проникнувшись его опытом, согласился. Может, взгляд со стороны прояснит, что не так.
Прошло время, но Ева не изменилась — стала ещё холоднее. Её новые хобби — фитнес, бадминтон, прогулки на лошадях — удивляли. Она всегда была где-то, занята, и когда Андрей звонил, казалось, он мешает. Особенно напрягали её стоны во время разговоров — будто она выкладывалась на тренировке до предела. С одной стороны, радовало, что она отвечает, даже пыхтя от нагрузки, но её «быстрее, сильнее» и хриплые вздохи сбивали с толку. Если так занята, могла бы и не брать трубку.
Что-то было не так. Андрей потянулся, отложил ноутбук и решил отнести чертежи на утверждение. Тревога, как тень, следовала за ним.
Он вышел из офиса, сжимая папку с распечатками. Дождь прекратился, но воздух был сырым, липким. Проходя мимо курилки, он заметил развязавшийся шнурок на кроссовке. Нагнулся, чтобы завязать, и услышал голоса двух рабочих — судя по акценту, узбека и русского. Их слова ударили, как молотком:
— Видал, какая краля у того очкарика? Ходит, ножками
Разочарование (7 приключение голожопика)