когда, уже в дверном проёме закончились силы и Нелли уступила моим поцелуям, всё ещё продолжая ругаться:
— Сука! Отпусти меня.... Нашёл блядь простушку для ебли без обязательств!
— Успокойся уже... всё не так.
— А как блядь?... Ты хочешь и шлюх и меня, но не ответственности! Так не получится! Не можешь выбрать, тогда отпусти!
Так мы и стояли в дверях рыдающая Нелли, бьющая своими кулачками мне в грудь, и я обнимающий её лицо руками, вытирающий градом льющиеся слёзы, когда мимо нас словно товарный поезд пронеслись две целующиеся кобылицы, длинноногая грудастая блонда и мужиковатая коротко стриженная брюнетка, с не менее аппетитными сиськами.
Застав нас за этой сценой, Яна было остановилась что бы ударить меня.:
— Слышь, художник, убери от неё свои руки!
Но Таня, как выяснилось, тоже оказалась не из робкого десятка. Она, ухватив Яну за волосы, потащила её дальше в спальню.:
— Со мной сучка, пошли! У нас дело...
Яна вроде как думала упираться, но отказываться от Таниных прелестей не стала, и скрылась с ней в соседней спальне, сказав напоследок.:
— Смотри художник, если лопнет её целка – порвётся твоя жопа!
Нелли справилась с истерикой, чуть всхлипывая она смотрела мне в глаза и уже не била, а просто упиралась ладошками в грудь:
— Так лопнет, Олежа?
— Сука, да, конечно, да!
Мы с сестрицей просто вцепились в друг друга руками и губами, Нелли обвила ножками мою поясницу, и я унёс свою девственницу на кровать.
— Возьми меня прямо сейчас, я хочу уже с этим покончить.
— Это должно быть больно.
— Блин, тебе то откуда знать?: Нелли уронила на пол свой халат, сняла и бросила мне в лицо свои трусики.: - Иди сюда жеребец и сделай это со мной!
Нелли улеглась на кровать, раскинула свои стройные ножки в стороны и приглашающе пошлёпала себя по киске ладошкой.
На ходу раздеваясь сам, я запутался в одежде, споткнулся и буквально упал перед ней на колени, моё лицо оказалось прямо перед вагиной сестры. Пленённый её манящим видом и пряным ароматом, я не удержался и прильнул к ней языком.
— А-ах, Олежа, ну не надо... просто вставь мне уже блядь!... Она в любой момент может вернуться...
Но я всё продолжал баловать сестрицу своим языком, заставляя её пищать от удовольствия. Нелли выгибалась дугой, крепко тянула меня за уши, намериваясь либо их на фиг оторвать, либо задушить меня своей вагиной.
Минут через пятнадцать этой борьбы, Нелли матерясь как дочь сапожника кончила, её девственная пиздёнка текла у меня на языке как мороженка в жару.
Полностью увазюканный её выделениями, я неспешно поднимался выше, покрывая поцелуями её ножки, лобок, плоский дрожащий животик и вздымающуюся навстречу грудь.
Распалённая этим действием Нелли в нетерпении подмахивала и уже меня умоляла.
— Олеженька милый, хватит уже меня мучать... давай, я давно готова...
А я всё смаковал, желая полностью насладиться моментом и уже лёжа на девушке скользил в её податливом лоне не проникая, а лишь растягивая. Мне нравилось так тянуть время, чувствовать её дрожь и нестерпимое желание.
Мог ли я подумать, что Яна о нас не забыла и того получаса, что мы с Нелли играли ей, вполне хватило что бы до беспамятства уделать Таню, вернуться к нам и в тот самый момент торжества, ухватить меня за загривок и в полном смысле слова снять с изнывающей от желания, дрожащей и полностью готовой к соитию девственницы.
— Чем это ты тут занят засранец?!
Меня оттянули назад и с ноги пробили прямой удар в живот, от чего я отлетел до двери, задыхаясь и жадно хватая ртом воздух.
— Яна, ну пожалуйста! Не надо обламывать... , я всё уже
Моя нежность