в голове сейчас полная сумятица и неразбериха. Всё смешалось в кучу и тебе сложно определиться со своими желаниями! Понять о чём можно просить, а чего не стоит. Хочется всего и сразу! – мама отпустила член, отстранила от себя его руку и присела, акцентируя его внимание на важности последующих слов. – Так вот, позволь мне дать тебе один совет. Не нужно торопиться и бросаться из крайности в крайность, цепляясь сразу за всё. Ты рискуешь упустить саму суть, потерять ту самую остроту ощущений, не сможешь правильно понять и разобраться, что тебе действительно приносит удовольствие и заводит больше всего, а что нет. Действуй планомерно и последовательно, не спеша и постепенно расширяй свои сексуальные горизонты, и вот тогда твой разум и тело сами подскажут нужную дорожку. Как ты уже убедился, меня смутить очень сложно. Я готова ко всему и очень надеюсь, что ты уловил мой посыл, - мама снова улеглась, вернула его руку на место и сама ухватилась за уже крепкий член сына.
— Мам, я не понимаю, как у тебя так получается? Ты так рассудительно, складно и спокойно говоришь про вещи, которые у меня просто взрывают мозг! У тебя всё звучит без пошлости, грязи и матюков. А у меня внутри одна дичь, сплошной изврат и грязная пошлятина! Пару дней назад я тебя даже полностью голой не видел никогда, а теперь ты у меня отсасываешь на пороге, мы трахаемся, позволяешь спокойно забавляться со своей вагиной, - и словно в подтверждение своих слов, сын запихнул ей во влагалище сразу три пальца. - Трудно сразу взять и принять такое. Куча всякой дичи в мыслях крутится, от которой у самого волосы дыбом! Ни говоря уже о том, чтобы тебе такое в слух предложить. Мам, мне так всего хочется с тобой сделать, сказать тебе столько грязных слов! Но... - с чавкающим звуком, Егор вытащил пальцы, убрал руку и уставился в потолок. – Почему я такой? Я ненормальный или нагрешил в прошлой жизни? - Даша почувствовала, что от этого эмоционального крика души его член практически потерял свою крепость. Перегруз, однако!
— Зайка, - она часто называла его так в детстве, - вижу твоё волнение и переживания. Они напрасны, поверь. Тебе нечего бояться своих желаний. Ты – нормальный! Совершенно нормальный для меня, клянусь тебе! – прижавшись к нему всем телом, мама ласково покрывала висок и щёку нежными поцелуями. – Ты просто ещё не можешь и не готов себя принять. Я немножко помогу, и ты справишься, твои гены сделают остальное, – она схватила сына за руку, засосала те самые три пальца, и сама ввела их обратно. Трахай меня пока ими, так тоже приятно.
— Спасибо, мам, - напряжение и неловкость отступали, её безмятежный голос успокаивал и вселял уверенность. - Я буду стараться, обещаю! – Егор повернулся и заглянул матери в глаза.
— Кстати, по поводу матерных и грязных слов, я совсем не против. Только учти, каждому такому слову или фразе, есть своё время и место. Если за обеденным столом скажешь: “Мама, что за хуйня, борщ пересолен просто пиздец! Подай, сука, мне хлеба и масла! Бегом, блядина!” – Егор аж подпрыгнул, матные слова в её исполнении сильно резанули ему по ушам. – Тебя это возбудит?
— Нет, конечно! Да я никогда в жизни так не скажу тебе!
— Правильно, потому что этим ты покажешь своё невежество, неуважение ко мне и слабоумие. Но! Если во время секса я в экстазе тебя попрошу: “Глубже! Ещё глубже! Сынок, выеби меня, как
До реки было совсем близко