он на секунду сбросил скорость. Дорога петляла вдоль побережья, и с каждой минутой его движения становились всё откровеннее. Он нарочно встряхивал мотоцикл на кочках, заставляя меня вскрикивать и цепляться за него сильнее.
Приехав на гору, нам открылся прекрасный романтический вид, я дала ему телефон и потащила фотографироваться, было видно как он устал от этого. Взяв два махито мы сели на качели и наслаждались видами и болтали. Его рука легла на мою ногу, я сделала вид будто не заметила этого.
Гора Редонда открылась перед нами во всей своей тропической красоте — бескрайний океан, лазурное небо и ветер, игриво трепавший мой топ. Я сунула ему телефон в руки и потянула к обрыву, где туристы обычно делали эффектные кадры.
— Ещё один! Ну пожалуйста! — я нарочно привстала на цыпочки, зная, как шорты задираются при этом, и услышала, как он затаил дыхание.
Тимур устало улыбнулся, но в его глазах читалось совсем другое — они темнели с каждым моим движением. Когда он вернул телефон, его пальцы задержались на моих дольше, чем нужно, а большой палец провёл по внутренней стороне запястья — едва заметно, но достаточно, чтобы по спине пробежали мурашки.
Мы взяли махито и устроились на деревянных качелях, раскачивающихся над пропастью. Сахарная крошка с края бокала прилипла к моей губе, и он, не раздумывая, стёр её подушечкой пальца.
— Вкусно? — его голос звучал хрипло, а ладонь опустилась на моё бедро, большой палец начал медленно водить по коже чуть выше колена.
Я сделала вид, что не замечаю, потягивая коктейль, но бёдра сами предательски раздвинулись чуть шире. Его прикосновения становились смелее — теперь он обводил кончиками пальцев всё выше, к внутренней стороне бедра, скрытой под рваной тканью шорт.
— Ты вообще слушаешь, что я говорю? — я фальшиво засмеялась, когда его рука наконец достигла цели, лёгкое давление пальцев заставило меня резко вдохнуть.
Я повернулась к нему, ветер легко подул подтолкнув мою голову к нему, наши губы встретились — сначала неуверенно, потом жадно. Его руки впились в мои бёдра, притягивая меня ближе, пока качели всё ещё раскачивались под нами.
— Ты это специально? — он прервал поцелуй, чтобы провести языком по моей нижней губе. В ответ я провела ногтями выше по его бедру, чувствуя, как под джинсой напрягаются мышцы. Мои пальцы медленно двигались к внутренней стороне ноги, и его дыхание стало прерывистым.
— А если да? — прошептала я, слегка прикусывая его губу.
Ветер внезапно усилился, и качели резко качнулись вперёд. Я вскрикнула и инстинктивно вцепилась в верёвки, его взгляд приковало к тому, как мой топ трепещет от порывов, обножая грудь ещё больше, соски встали от трения об ткань.
Солнце ушло за облака, а мы побежали к байку и отправились, домой попав под проливной дождь.
Дождь превратил мой топ в прозрачную вторую кожу, а шорты плотно облегали каждую изгиб моего тела. Вода стекала по моим ногам, оставляя мокрые следы на полу, но я не спешила вытираться — его горячий взгляд стоил того.
Я медленно наклонилась, расстегивая босоножки, чувствуя, как его дыхание становится тяжелее. Когда я подняла глаза, передо мной была его мокрые шорты — ткань натянулась до предела, обрисовывая каждый сантиметр его возбуждения.
— Кажется, ты тоже промок... — прошептала я, цепляя взглядом его глаза.
Тимур шагнул вплотную, так что его твердость оказалась в сантиметре от моих губ.
Я выпрямилась перед ним, наше тяжело горячее дыхание начало заполнять комнату, его глаза медленно поднимались от моей груди по шеи.
— Ты такая сексуальная... И мокрая... - Нежно сказал он положив руки на мою талию прижав к
мои друзья,моя жена.