«Пэтти, вы воспитали красивую и очаровательную дочь». Мари озорно протянула руку и ущипнула обнаженный розовый сосок Мэллори. Ее грубое действие заставило Мэллори взвизгнуть.
«Ай!»
«Спасибо», — сказала гордая мать.
Мари проигнорировала крик студентки и заговорила в телефон: «Она не только восхитительна, но и чрезвычайно талантлива и страстна».
Говоря, она просунула руку между ног Мэллори и погладила ее вагину. Молодая женщина смотрела на нее, не веря, что у нее хватает наглости лапать ее во время разговора с ее матерью.
Мари вытащила влажный и блестящий палец. Она осмотрела его и сказала Пэтти: «Соки текут. Нам нужно воспользоваться этой возможностью, чтобы достичь великих результатов. Мы можем работать допоздна. У нее, как говорят американцы, у нее горячий бобер».
В шутку она намеренно использовала неправильное выражение. Мэллори побледнела. Гэвин рассмеялся над словами.
«Я понимаю, что нужно работать, когда приходит вдохновение», — ответила Пэтти.
Она была рада, что ее дочь сотрудничает с профессором. Она хотела помочь этой доброй иностранке и поправила ее заявление. Она доброжелательно сказала: «Думаю, вы имели в виду, что она горячий бобер или будет занята, как бобер, имея в виду, что она трудолюбива, а не что у нее горячий бобер».
«Ах, спасибо. Простите, английский — не мой родной язык. Я всегда ошибаюсь. У нее красивый бобер. Он горячий и скоро будет очень, очень занят. Я уверена, вы понимаете, что я имею в виду».
Молодежь ухмыльнулась этому возмутительному заявлению. Мари гладила девушку, пока ее мать молчала. Слова удивили и встревожили Пэтти, но она дала иностранке поблажку. Она отнесла это на счет того, что Мари не свободно владеет английским.
Пэтти сказала: «Удачи с вашим проектом». Она закончила звонок, стараясь звучать утонченно. Она сказала: «Чао!» и ошибочно попрощалась по-итальянски вместо французского.
«Спокойной ночи. Мне понравился наш маленький разговор», — сказала Мари. «Я с нетерпением жду вечера с вашей дочерью и лично позабочусь о ней, чтобы она была в порядке. До свидания».
Мари закончила звонок. Она вернула телефон Мэллори и сказала: «Твоя мать желает нам удачи в наших начинаниях, и ты можешь остаться, сколько нужно».
Мэллори и Гэвин разразились смехом, когда Мари закончила звонок. Мэл сказала: «Не могу поверить, что ты сказала эти вещи моей матери!»
«Я имела в виду каждое слово. Я в восторге от возможности лучше узнать тебя».
Она наклонилась и страстно поцеловала восемнадцатилетнюю девушку прямо в губы, а затем, повернувшись к Гэвину, добавила: «И тебя тоже». Она страстно поцеловала его и схватила его пульсирующую эрекцию.
Голова Мэллори кружилась. Она никогда раньше не целовалась с женщиной так пылко. Она никогда не была с девушкой и не испытывала интереса. Ей понравился поцелуй. Она находила Мари интересной, сексуальной и привлекательной. Она подозревала, что на горизонте новые опыты.
«Гэвин, наполни наши бокалы, и давай ляжем в кровать».
Мари обняла Мэллори и снова поцеловала ее. Их груди прижались друг к другу. Их твердые соски впились в мягкую плоть другой. Она отстранилась и повернулась к Гэвину. Он смотрел на двух женщин широко раскрытыми глазами.
Он был ошеломлен и сказал: «Это так горячо».
Дамы взяли свои бокалы и выпили еще шампанского. Пузырьки танцевали у них во рту. Мэллори чувствовала легкость в голове, и не только от алкоголя.
Мари осушила свой напиток. Она откинула покрывала и забралась в кровать. Ее спутники последовали за ней, по одному с каждой стороны. Они по очереди целовали и ласкали друг друга. Они были пылкими и неторопливыми, исследуя и наслаждаясь друг другом.
«Ох», — воскликнул Гэвин, когда две женщины по очереди целовали и сосали его член.
Затем Мари легла на спину, широко раздвинув ноги, и
Признание