Я всю неделю думал об игре и хотел бы описать её тебе, чтобы понять, в правильном ли я направлении».
«Классно», — сказала она. — «Пойдём в комнату с фонтаном на кампусе и возьмём газировку. С танцами она должна быть почти пустой; мы сможем взять тихий столик в углу и поговорить».
Она взяла меня за руку, и мы пошли. Мы дошли до здания с комнатой фонтана и вошли. Я подошёл к стойке с газировкой и купил две колы. Я повернулся и увидел, что она была права. В комнате было всего несколько человек. Линда сидела за столиком в дальнем углу. Рядом с нашим столиком никто не сидел.
Когда я сел с колами, Линда сказала: «Я умираю от желания услышать твои идеи. У меня заканчивается время, и всё, что я придумываю, кажется неправильным. Я в отчаянии».
Я начал: «Линда, я всю неделю думал об игре. Ты сказала, что покер на раздевание исключён. И ты сказала, что любая игра на мастерство тоже не годится. Первое, что я подумал, — это карточная игра на удачу. Мы могли бы дать каждому игроку 10 карт и играть в войну. Первый, кто потеряет все карты, должен будет что-то сделать или снять одежду.
Но это не показалось слишком креативным. Было бы много тасования карт, и игра, вероятно, длилась бы вечно. Так что я отказался от войны или любых карточных игр.
Я подумал о бутылочке, но даже это было не очень креативно. Но чем больше я думал, тем больше мне нравилась версия бутылочки. Прежде чем я расскажу тебе свою идею, тебе нужно принять несколько решений.
Как далеко ты хочешь, чтобы игра зашла?»
Линда быстро сказала: «Однозначно никакого секса».
Я продолжил: «Хочешь, чтобы люди снимали одежду или делали что-то друг с другом?»
Линда подумала мгновение и сказала: «Думаю, подойдёт и то, и другое. Видеть, как кто-то снимает одежду, было бы захватывающе». Она покраснела: «Если это не я. Но заставлять людей делать что-то тоже может быть весело».
«Тогда тебе нужно принять ещё одно решение. Если человека заставляют что-то сделать с кем-то другим, может ли действие быть с любым за столом независимо от пола, только с людьми противоположного пола или только с их парой?»
Линда молчала несколько минут, размышляя. Наконец она сказала: «Ну, девушка, делающая что-то с девушкой, или парень с парнем — это слишком странно для меня. Так что эта идея не работает. Я пока не знаю, о чём ты думаешь, но если парень будет делать что-то с любой девушкой за столом, это может вызвать проблемы с ревностью, или кто-то может почувствовать, что его либо слишком выделяют, либо игнорируют. Так что, думаю, простой ответ — ты делаешь что-то только со своей парой».
«Хорошо», — сказал я. — «Позволь мне описать игру, и ты скажешь, что думаешь. Это будет версия бутылочки. Так что это исключает мастерство — куда остановится спиннер, чистая случайность.
У нас будет два спиннера. Первый, если будет четыре пары, будет разделён на четыре части. Игра начнётся с того, что одна из пар будет крутить спиннер. Он остановится и укажет на один из четырёх квадрантов, и это скажет нам, какая пара должна что-то сделать.
У каждой пары будет одинаковый набор карточек с действиями. Действия будут от простых до смущающих. Так что пара, проигравшая первый спин, возьмёт свою первую карточку действия и зачитает её вслух. Например, предположим, первая карточка говорит, что один должен поцеловать свою пару в попу через одежду. Это и есть действие.
Затем мы решаем, кто делает это кому. Для каждого действия есть пассивный человек и
О том, как меня сделали подругой моей же девушки