Карли двинула мне по руке: «Девчонки норм, но я за парней».
— А как насчёт промежуточных? — спросил я. — Трахалась с трансами?
— Ага, три или четыре, — ответила она. — Тёлки с хуями веселее, чем думала.
Лесбийское шоу закончилось, сцену перестроили. Зажёгся свет, на сцену выбежала женщина-карлица в средневековой крестьянской одежде, за ней — огромный бодибилдер в рогатом шлеме викинга, короткой кожаной юбке и грубых сапогах. Гигант гонялся за ней по сцене. Она проскальзывала между его ног, уворачивалась, теряя куски одежды при каждой попытке. В очередной раз, пытаясь проскользнуть, он схватил её за волосы, сорвал остатки. Держал голую девушку одной рукой, содрал юбку, открыв стояк дюймов девять-десять, толщиной с пивную бутылку.
Викинг поднял голую девушку к зрителям. Её вагина блестела в свете. Я шепнул Карли: «Спорим, она залила туда пинту лубриканта перед шоу!» Карли хохотнула, кивнула.
Гигант бросил девушку на мат с фальшивой травой. Одной рукой держал её запястья над головой, раздвинул ноги, приставил головку члена к киске. Девушка кричала, билась. Одним толчком он вошёл дюймов на четыре-пять, вынул, вбился снова. Она металась, молила о пощаде. Викинг жёстко трахал, зрители хлопали, свистели.
Псевдо-изнасилование продолжалось, гигант трахал кроху в разных позах. Я заметил, он не пытался засунуть больше шести-семи дюймов. Сопротивление девушки угасло. Наконец он встал, держа жертву под мышками, оба лицом к зрителям. Опустил её на член, дёргал вверх-вниз, пока не кончил с криком. Первые два выстрела вошли в неё, затем он снял её, брызгая на сцену. Поднял в триумфе, сперма капала из неё.
Викинг бросил девушку к её рваной одежде. Она сунула руку в жилет, вытащила крошечный кинжал. Огромный мужик в ужасе отпрыгнул, убежал со сцены, преследуемый крохой. Зрители ревели.
Смеясь, я повёл Карли к бару, купил ещё два бокала вина. Напротив сцены был широкий мат для группового секса на платформе по колено. Пятнадцать-двадцать пар и групп развлекались. Две женщины принимали всех желающих в гэнг-бэнге слева. Работали оральные цепочки. Когда кто-то кончал или уставал, всегда находился заменяющий.
По клубу разбросаны меньшие платформы. На каждой — столб с полками для стопок маленьких полотенец для удобства. На столбах — диспенсеры влажных салфеток. Рядом большие синие баки для грязных полотенец и красные для салфеток.
На каждой платформе была пара или группа. Большинство молодые, в форме, но немало за 50 и 60. Некоторые старше. Одна пожилая пара, видимо, поменялась партнёрами с парой лет двадцати. Молодой парень вынул из партнёрши, лет семидесяти. Вскочил на колени, старушка втянула его член. Он кончил ей в рот, выкрикивая на незнакомом языке.
— Видишь кого-нибудь интересного? — спросил я Карли.
— Пока нет, — ответила она. — Но я завожусь.
Мы пропустили следующую платформу, посвящённую аналу.
Карли наткнулась на симпатичного парня, обнимавшего милую девушку с длинными каштановыми волосами. Она казалась слишком юной для такого клуба. Не выше пяти футов, худая, с узкими бёдрами. Грудь красивая.
— Простите, — сказала Карли.
— А, — сказал парень. — Вы англичане?
— Нет, американцы, — ответила она.
— А, bueno! — сказал он. — Мы из Испании! Хотите… como se dice… поболтать, подружиться?
— Конечно, — сказал я. — Я Джек, это Карли.
— Я Томас, — представился он. — Моя подруга Алис.
— Вы вместе путешествуете? — спросил он.
— Да, — ответила Карли. — А вы?
Алис заговорила: «Мы оба из Испании, но встретились вчера на улице. Подружились. Я ночевала у Томаса». — Невинно улыбнулась: — Томас отличный любовник. Мы трахались много раз!
— Можно спросить, — сказала Карли, — сколько тебе лет?
Шахтерское