задницу Екатерины. Я отстранился на полпути, а затем закачал глубже еще один или два раза, чтобы смягчить шок, но Екатерина все еще кричала, когда я погружал свой член глубоко внутрь нее. Я чувствовал, как семя поднимается вверх, желая вырваться из моих яиц, когда моя сперма смазывала её задний проход. Полина продолжила лизать клитор Екатерины, надавливая языком, так что я почувствовал мерцающее движение в контрапунктическом ритме фаллоимитатора.
Мышцы Екатерины дернулись в ответ на мой член, пульсирующий глубоко внутри нее, как будто доя мой член своей задницей. Ее крики стали громче, и она начала дергать Полину за волосы, крича: «А...а!, я никогда.......... так... А...а!».
Это заставило ее прижаться задницей к моему телу. Сила прижатия чуть не опрокинула меня через край, но я сопротивлялся, откладывая острые ощущения от первого погружения своего члена в задницу жены. Я держал Екатерину, пока мы оба катались на волнах ее оргазма. Мои руки естественно скользнули вверх и обхватили ее грудь, ее эрегированные соски оказались в кончиках моих пальцев. Вскоре губы Полины ласкали в этих точках, облизывая между моих пальцев, подталкивая Екатерину к новой кульминации оргазма.
Екатерина продолжала прижиматься ко мне, пока Полина переключала темп, со своей яростной атаки, вызывающей оргазм, на более нежное успокаивающее омывание груди Екатерины, продвигаясь вверх, чтобы мягко поцеловать шею и плечо Екатерины, прижимая их головы друг к другу.
В конце концов они облизнули губы в глубоком поцелуе, который больше не был жадной страстью прелюдии, а скорее затяжным исследованием, которое положило начало долгим отношениям. По мере того, как их языки исследовали, бедра Екатерины замедлялись, постепенно едва отбиваясь, от моего члена. Мой член все еще был глубоко в ее заднице и все еще был твердым. Казалось неправильным прерывать двух женщин, которые делятся своими эмоциями. Однако, будучи мужчиной, я поступил неправильно.
Поскольку сиськи Екатерины все еще были в моих руках, я игриво сжал их. Ну, на самом деле, больше похоже на грубое разминание, чем на дразнилку. Екатерина закричала, ее мечтательное наслаждение сапфическим блаженством прерывалось напоминанием о том, что у нее все еще есть твердый член мужа в заднице.
К счастью, мой запас на счастливый день еще не был исчерпан. Прежде чем Екатерина успела развернуться, разорвать мой набухший член и дать мне пощечину, Полина рассмеялась и сказала: «Бедный Сереженька, все еще как маленький мальчик после всех этих лет, жаждущий своего оргазма».
Это успокоило Екатерину, которая все еще говорила: «Ты должна быть следующей, Полина, у Сергея уже были мы обе. Он может подождать своей очереди».
— Ты хочешь, чтобы его сперма ворвалась в твой кишечник? — спросила Полина.
«Не совсем. Я бы предпочла, чтобы он выскользнул и просто понаблюдал за нами некоторое время».
Я понял намек и постепенно ослабил свою твердость в Екатерине, когда она скользнула в объятия Полины. Они ненадолго прижались друг к другу, как будто восстанавливая свою энергию, для большей страсти. Я ложусь на спину, медленно поглаживая свой член, пальцы попеременно дразнят нежную нижнюю часть головки члена, а затем спускаются вниз, чтобы пощекотать мои яйца.
Руки Екатерины начали исследовать спину Полины, двигаясь вверх и вниз по ее позвоночнику, как кларнетист. Полина сначала хихикнула, но это быстро превратилось в стон. Полина перевернулась на спину и обхватила свою грудь руками, подталкивая её к Екатерине. «Думаю, тебе нужно немного времени позагорать на пляже голой, чтобы избавиться, от этих треугольных линий».
— Лучше нацелиться на вкусные места на твоём теле, — засмеялась Екатерина, опуская губы к эрегированному левому соску Полины.
Я наблюдал, как колышутся волосы Екатерины, когда она чередуется между грудями Полины, посасывая каждую,
Пленник