языку Кайлы. Это было невероятно интенсивно. Я чувствовал себя фундаментом, опорой для их наслаждения. И это возбуждало до безумия.
Кайла подняла голову. «Теперь твоя очередь, именинник, » — она улыбнулась, ее губы блестели. Она помогла Лене приподняться, направила мой член к ее входу. Лена медленно опустилась на меня. Тепло, теснота, знакомое блаженство. Кайла снова приникла к Лене, но теперь ее рука скользнула вниз, к тому месту, где мы соединились. Ее пальцы нашли клитор Лены. «Еби его, детка, » — прошептала Кайла, начиная тереть бугорок быстрыми кругами. — «А я помогу.» Лена застонала, начала двигаться вверх-вниз, принимая меня глубже. Кайла ритмично работала пальцами на клиторе, синхронизируясь с движениями Лены. Я держал жену за бедра, глядя, как ее грудь колышется, как ее лицо выражает нечеловеческое наслаждение от двойной стимуляции. Кайла поймала мой взгляд и подмигнула. Мастер своего дела.
Финал: Ливень Наслаждения.
Лена закричала первой. Резко, пронзительно. Ее тело сжалось вокруг меня как тиски, волны оргазма прокатились по ней. Ее смазка хлынула на меня. Это стало триггером. Я кончил, вгоняя себя в нее до предела, чувствуя, как моя сперма заполняет ее. Я зарычал, вцепившись в ее бедра. Кайла, чувствуя наши кульминации, ускорила движения своих пальцев на клиторе Лены, выжимая из нее последние судороги наслаждения. Потом она медленно убрала руку, облизала пальцы, смакуя. «С Днем Рождения, Максим, » — прошептала она хрипло. — «Отличный финал.»
Мы лежали втроем на ковре, дыша, как загнанные лошади. Лена прижалась ко мне, ее голова на моей груди. Кайла лежала с другой стороны, ее темная рука лежала на животе Лены. Не было стыда. Не было ревности. Только глубокая, сладкая усталость и чувство... абсолютной гармонии. Мы восхищались друг другом. Восхищались Кайлой. Восхищались той бездной удовольствия, что мы только что разделили.
Я посмотрел на нее, потом на Кайлу, чья улыбка обещала, что это только начало. «Лучший подарок в моей жизни, » — ответил я честно. И потянул ее снова к себе. Зеркало напротив отражало нашу троицу: сплетенные тела, довольные улыбки, сияние после бури. Мы нашли свой рай. И он был вымощен не ангельскими крыльями, а черной кожей, белым кружевом и взаимным разрешением на все грехи. И это было прекрасно.
Моя дядя