принялся за работу. Его язык был плоским и мягким, когда он провел им по ее щелке. Он слегка коснулся ее клитора, что отвлекло ее от движения его руки, раздвигающей ее бедра. - Черт, черт, черт. - Джессика задохнулась, когда его пальцы плавно скользнули в нее. Ей показалось, что его рука была внутри нее, такой полной она была, но только два его пальца скользнули в нее.
— Черт, Оуэн. - Она застонала, когда он продолжил ласкать ее. - Если, если, черт, Оуэн, Боже! - Она задрожала в его объятиях, а он продолжал облизывать ее и двигать пальцами все быстрее и быстрее. - Оуэн, черт возьми, ты сейчас, ах, ах, - она сжала пальцы ног, разжала их, снова сжала, снова разжала, снова сжала, - я, черт, черт, я кончаю! – закричала она, когда ее колени ослабли, и она упала обратно на диван. Оуэн не отрывался от нее и продолжал ласкать ее, пока ее мышцы не начали мягко пульсировать под его пальцами.
Он отстранился от нее. Присел на корточки. И целую вечность тяжело дышал. Наконец, он повернулся, чтобы посмотреть на зрителей. - Я не знаю, сколько еще я смогу это выносить, прежде чем уступлю своему желанию. - Он сглотнул, когда по его телу пробежала дрожь. - Мне нужно знать, прямо сейчас, как далеко каждая из вас готова зайти?
Саманта чувствовала себя полной дурой, но заговорила первой. - До конца. Я хочу, чтобы ты делал со мной все, что захочешь. При условии, что я смогу делать с тобой все, что захочу.
Оуэн улыбнулся. - Я готов выполнить любое твое желание.
— Хорошо. - Ответила Саманта. - Потому что у меня есть фаллоимитатор, который я хочу засунуть тебе в задницу. - Сказала она с совершенно серьезным выражением лица.
Оуэн побледнел, но затем ответил: - Хорошо. Если ты этого хочешь.
Саманта рассмеялась. - Нет, я просто хотела посмотреть на твою реакцию. - Обстановка становилась немного напряженной.
Катерина заговорила следующей. - Ты уже знаешь мой ответ.
— Нет, я не знаю. - Дрожащим голосом произнес Оуэн.
— Оуэн, - тихо ответила Катерина.
— Я должен знать, Кэт.
— Мяу. - Тихо ответила Катерина, и у нее перехватило дыхание.
— Катерина. - Подсказал Оуэн.
Катерина посмотрела на него со слезами на глазах. - Оуэн... пожалуйста.
— Пожалуйста, что? – спросил он.
Она что-то пробормотала.
— Что?
— Не надо меня ненавидеть. Ладно?
— Катерина, ты можешь сказать "нет", и я не буду тебя ненавидеть, потому что это то, чего ты хочешь.
Она снова пробормотала.
— Кэт, ты должна высказаться.
— Мяу. - Тихо ответила Катерина. - Я сказала, что не хочу отказываться.
Оуэн был потрясен. Его слух превратился в тихий звон, и ничего больше. Он посмотрел на Катерину, обводя взглядом ее черты, как делал это бесчисленное количество раз до этого. Конечно, на этот раз она была обнажена, но его взгляд не искал в ней женственных черт. Он поймал себя на том, что смотрит на шрам на ее губе, где ее поцарапала собака, когда она была маленькой. Он увидел нежный изгиб ее брови и тот волосок, который отказывался следовать за остальными, но каким-то образом избежал выщипывания. Ее шоколадные глаза с единственным ореховым оттенком с одной стороны.
Катерина смотрела на него, стоя перед ним обнаженной, а ее груди тяжело повисли на груди, пока она ждала ответа Оуэна. Ей стало противно, когда она заметила, как кожа на них вздулась от того, как она сидела. Она отвела взгляд, когда у нее защипало в глазах.
— Он не ненавидит тебя, - шептал ей разум, - он просто считает
Лучшие друзья. Встреча