легла чуть ниже спины, почти на ягодицу, и Катя инстинктивно дернулась, как ошпаренная.
– Ой! – вырвалось у нее. – Извини! Я... эээ... не видела ногу. Чужую. – "Своих хватает!" – закончила девушка мысленно.
Алексей усадил ее на место, его лицо в свете экрана было серьезным.
– Кать, – начал он осторожно, когда загрохотали титры. – Ты... все время на взводе. Как будто ждешь, что из-за угла выскочит гравитация с ножом. Или... что-то прячешь. Мне кажется, или тебе иногда со мной не по себе? Потому что если я слишком навязчив, или шучу невпопад...
Катя почувствовала комок в горле. Она опустила глаза.
– Нет, Леш, все не так. С тобой мне... очень хорошо. Лучше, чем раньше. Я просто... – девушка сглотнула, – У меня есть особенность. Очень... физическая. И я дико боюсь, что когда ты ее увидишь... ты передумаешь. И я потеряю... все это, – она махнула рукой, имея в виду их смех, прогулки, его дурацкие мемы.
Алексей замолчал. Потом взял ее руку в свои, большие и теплые.
– Катюша, – его голос был тихим, но твердым. – Я не знаю, что это. Может, у тебя хвост? Или жабры? Или ты умеешь летать, но стесняешься? – парень усмехнулся, но глаза были серьезны. – Мне, честно, все равно. Я вижу тебя. Твою улыбку, которая светлее всех этих дурацких дискотечных шаров. Твой смех, от которого у меня мурашки. Твой ум, который меня постоянно подкалывает. Я влюбляюсь в тебя сильнее с каждым днем. И никакая "особенность" не заставит меня сбежать. Если ты готова мне довериться, я буду рядом. Если нет – я буду ждать. Но я не уйду. Потому что ты – это ты. И для меня ты... ну, совершенство, пусть и с повышенным риском падений.
Катя почувствовала, как слезы подступают. Никто так не говорил с ней. Никто. Она кивнула, не в силах говорить, и прижалась лбом к его плечу. Алексей обнял девушку, крепко и надежно. В тот момент она поняла: она должна ему показать. Скоро. Иначе страх украдет у нее этого человека. И ее шанс на все.
***
Катя собралась с духом через неделю. Она пригласила Алексея к себе, надела свое "оружие" – длинное, струящееся платье из нежно-розового шифона с рюшами на плечах. Оно было красивым, воздушным и, главное, непрозрачным и длинным. Девушка распустила кудри, накрасила губы блеском. Сердце колотилось, как барабан на рок-концерте. "Главное – не упади перед ним на пороге. Или во время... показа", – мысленно напутствовала она себя.
Алексей пришел с букетом ромашек ("Они стойкие, как ты!") и коробкой эклеров ("Для поднятия боевого духа перед... ну, в общем, просто эклеры"). Парень был в синих джинсах и серой майке без рукавов. Выглядел он потрясающе. Глаза Лехи загорелись, когда он увидел ее.
– Ты похожа на розовое облако, Кать, – прошептал он, целуя в щеку и вручая цветы. Его губы были теплыми, запах одеколона – свежим, древесным.
Они выпили чаю с эклерами. Катя смеялась над историями Алексея про коллегу, который умудрился залить кофе клавиатуру и на начальника. Но напряжение висело в воздухе, как предгрозовая тишина. Парень чувствовал его, его взгляд то и дело становился вопрошающим. Катя знала – время пришло.
Когда они перешли на диван, Катя взяла его руку. Ее ладони были ледяными и влажными.
– Леш, помнишь, я говорила про... мою физическую особенность? – начала она, глядя на его пуговицу на рубашке.
– Помню, – Леха накрыл ее руку своей другой рукой. – И про то, что я не сбегу – тоже помню. Даже если окажется, что
Школа 4-я часть