стержень, растягивающий мою дрожащую киску. Он был лучшим. Даже, когда мы трахались, впоследствии, когда мы соединялись и неподвижно стояли, было той частью, которая доставляла мне наибольшее удовольствие.
Я протянула руку между бедер, чтобы почувствовать, как моя киска натягивается вокруг спрятанной внутри луковицы узла. Мне было жарко и мокро, и моя киска казалась чужой, под моими пальцами. Мой клитор стал жестким и пульсирующим. Я потерла его кончиками пальцев, прикусив губу, чтобы не закричать, от экстаза. Я снова кончила и опустилась лицом на пол, вдыхая прохладный воздух и потирая горящие соски о ковер. В этом смысле, я была беспомощен. Пёс доминировал, надо мной физически, затем сексуально и, наконец, эмоционально, когда я кончала с эгоистичной похотью.
Когда пёс оторвался от моего влагалища, после примерно десяти минут моего осеменения, свежий поток спермы испачкал ковер. Казалось, она вылилась из меня, столько же нашей смешанной спермы, сколько из меня вышло раньше, и на этот раз я увидела его член, когда он освободился. Это было грандиозно! Влажного и светлого цвета, но мраморные с красными и синими прожилками. Должно быть, он был сантиметров в двадцать пять в длину, подумала я, и в самом широком месте я представила, что она толщиной с мое запястье. Я не могла поверить, что приняла это внутрь себя, но я это сделала. Каждый его сантиметр, плюс узел, который сжался, до размера примерно с лимон. Это после того, как его вытащили на свободу резким, неудобным рывком. Насколько больше он был внутри меня? Боюсь гадать.
Когда мы поели, так как пёс не хотел, чтобы я приводила себя в порядок. Я неуверенно попытался дойти до ванной, но он оскалил зубы и зарычал на меня. Кухня была тем местом, где он хотел, чтобы я была, и мы ели наших цыплят в тишине. Я сидела на полу и ел вилкой с тарелки, в то время как он ел своего цыпленка, из оловянной фольги, в которой они разогревались. К тому времени, когда, я закончил ужинать, у меня была лужа спермы на линолеуме между бедрами.
— Гав-Гав!
«Господи... Опять? Я нахмурилась, но во мне не осталось сил сопротивляться неугомонному псу.
— Гав-Гав!
Он подождал, как только я закончила есть. По крайней мере, он был таким внимательным, закончив свой ужин раньше меня. Теперь я знала, что означает этот конкретный лай, и медленно встала на четвереньки, показывая псу свои дырочки, и он легко сел на меня. Его член сразу же нашел мою дырочку влагалища, и помимо нежности от недавнего лишения девственности, на этот раз не было никакой боли. Он проталкивал весь свой член внутрь меня и долго накачивал меня, по крайней мере, по сравнению с нашими предыдущими соитиями. На этот раз прошло почти пять минут, прежде чем он запер меня узлом, и я к тому времени, уже кончила дважды.
Он вознаградил меня впоследствии, когда я лежала в изнеможении в луже нашей спермы. Пес толкнул меня носом, издавая лай не так, как другие, и я раздвинула ему ноги. Очевидно, это было именно то, чего он хотел, и вскоре я потерялась в невообразимом сексуальном удовольствии от того, что моё влагалище было вылизано длинным языком пса. Ощущения были даже лучше, чем в первый раз, когда он делал это для меня, и я испытывала один оргазм за другим, пока усталость не взяла верх над удовольствием, и я не могла больше терпеть.
Я кончила ему на язык в последний раз, а затем заснула, голая, раскрасневшаяся и испачканная изнутри и снаружи горячей спермой пса, который теперь владел мной,
аспирантка Оля Викторовна часть 2