определить это по груди, выпирающей далеко за пределы мощных грудных мышц, обтянутой облегающим топом. Её бёдра были столь же невероятными, обнажёнными, если не считать чёрные шорты, с трудом сдерживающие их форму.
Мел застыла, разинув рот, наблюдая, как этот титан работал с весом, который в сумме составлял более полутонны. Она даже не была уверена, насколько девушка напрягалась под такой нагрузкой. У неё были длинные волосы, ниспадающие на спину, что ещё раз подтверждало её женственность. На первый взгляд они казались чёрными, как у самой Мел, но корни были значительно светлее.
Подождите... обесцвеченные светлые волосы... может... Мел встала и вышла в комнату, а за ней последовали остальные, пытаясь получше рассмотреть. Мел обошла к передней части, разглядывая лицо и тело девушки. Её глаза были закрыты, а лицо покраснело — она явно получала огромное удовольствие от тренировки. Но у неё было миловидное лицо, выглядящее весьма знакомо...
«Кхм, простите...», — Мел прочистила горло.
Глаза девушки распахнулись, она отпустила гриф, и грузы с грохотом рухнули вниз, а руки её устремились ко рту. «Ик! Ты... это ты!»
Услышав её голос, Хизер ворвалась в комнату. «Саша!? Саша, это ты!?»
«Ч... мама? Мама!» — девушка вскочила и бросилась в объятия своей мускулистой матери, их груди прижались друг к другу.
«Саша!» — глаза Хизер наполнились слезами. «...Я знала, что ты жива. Я просто знала...»
«О, мам... прости, что исчезла. Прости...», — девушка тоже начала плакать.
«Ты не представляешь, как я переживала... где ты была? Что случилось?»
Мел не хотела прерывать воссоединение матери и дочери, поэтому просто увела Джулию в другой конец комнаты, достаточно далеко, чтобы те могли спокойно говорить, но достаточно близко, чтобы слышать их.
«Это долгая история...», — Саша села на тренажёр, а Хизер опустилась рядом. «...В школе меня сильно травили... особенно после смерти папы... я не говорила тебе, не хотела волновать. Тогда я записалась в спортзал. Я хотела стать сильнее, но парни там просто смеялись надо мной».
«Саша...», — Хизер коснулась её щеки. «Я не знала... как же я жалею, что ты мне не рассказала».
«Я тоже жалею...», — Саша улыбнулась. «...Но я так злилась. Я тренировалась дома, но ничего не получалось...»
«Тогда ты начала общаться с теми готическими детьми», — сказала Хизер.
«Они не были готами, мам. Это было скорее как ковен* (*ведьмовской круг), под руководством той девушки, Джессики Картер... они приняли меня и научили кое-чему...»
«Джессика Картер...», — Мел шёпотом сказала Джулии. «...Значит, она была ведьмой».
Саша продолжила. «...Только спустя время я поняла, что магия реальна — но из-за законов, по которым она работает, ты не могла ничего сделать. Всё, что ты делала, возвращалось к тебе втройне. Это казалось бессмысленным... поэтому я украла некоторые записи Джессики и попыталась связаться с Богиней сама».
«Значит, Богиня действительно существует... Геката...», — встала Джулия. «Но это всё ещё не объясняет, почему это случилось».
Саша посмотрела на неё. «Ах, вы, Мелисса и Джулия, верно? Извините, я, наверное, доставила вам столько хлопот».
«Ещё бы!» — Джулия скрестила руки, но Мел положила руку ей на плечо.
«Продолжай, Саша, мы хотим понять, почему мы здесь», — сказала Мел.
«Ну... мне удалось связаться с Богиней, и она сказала, что может исполнить моё желание стать сильнее... чтобы девушки стали сильнее... но была проблема. Даже будучи Богиней, она не могла влиять на мир в таком масштабе, не разозлив других божеств...»
«Погоди... значит, другие Боги тоже реальны?» — Джулия почесала голову — это имело смысл, так как Геката была частью пантеона, делая вопрос скорее риторическим и позволяя Саше продолжить.
«...Но у неё был способ исполнить моё желание — перенеся меня в альтернативную реальность,
Лесбийские страсти или утехи одноклассников.