виноваты. Приучили меня к хорошему. Вот я вас и хочу все время!
Дед скривился, но было видно, что мои слова ему приятны.
— Вот что, Ленка! Поверю я тебе. Но теперь ебать я тебя теперь буду только в жопу. Тугость мне нравится, а не ведро с водицей. Поняла?
Геннадий Степанович! А как же я кончать буду? Я ж засохну!
— Ничо! Научишься кончать и от ебли в жопу. Вы бабы и так умеете. Почаще буду тебя дрючить ты и втянешься.
Я сидела закрыв лицо руками.
— И еще! Я насчет других помощников не шутил. Узнаю, что на стороне ебешься или дрочишь себя без моего разрешения — выгоню, как собаку.
Утром старик поднял меня даже раньше обычного. Быстро сбегав в туалет я снова приняла коленно-локтевую позу и раздвинула ягодицы. Дед уже уверенно смазал член и отверстие маслом и начал входить в меня. Я выполняла все, что он велел, но на самом деле мне было очень обидно и я не знала, как мне теперь жить при таких запретах.
Геннадий Степанович с удовольствием кончил мне в зад. После завтрака он велел мне доить себя и наблюдал за процессом.
Я тянула свои груди, ласкала соски, сдвигала ноги и активно ерзала пытаясь получить недополученный оргазм. Но случилось другое.
— Ааа! Молозиво! Молозиво пошло!
Старик вцепился в мою грудь с которой потекли несколько полупрозрачных капель.
— Коровушка ты моя, золотая! Надой теперь будет! Ай, молодец!
— А я говорил получится!
Он приплясывал вокруг меня в радостном состоянии.
Затем схватил за щеки и сообщил:
— Молочко скоро у меня будет сладкое! Лечебное!
Он ушел в возбужденном состоянии, видимо поделиться радостью со своими мужиками-консультантами. А я украдкой ласкала себя пока бурно не кончила.
Раздаивание продолжалось, молозиво сочилось, как в один из вечеров дед огорошил меня новостью.
— По другому теперь доить тебя буду! Аппаратом! Я уже договорился с Мишкой. Он даст и покажет, как все делать
Я в ужасе переспросила:
— Ка-к-ким аппаратом? - от страха я начала заикаться.
— Таким аппаратом! Каким коз доят. Молока хочу! А с аппаратом все быстрее получится.
— Это вам тоже ваши мужики подсказали?-закричала я. - Я-то не коза!
— А ну цыц! Как сказал, так и будет!А не нравится пошла вон отсюда! - побагровел от злости дед.
Я так и сделала - рванула из дома к своей тете.
Тетка, как всегда была ехидна и рассудительна.
— Чё удумал-то, старый чёрт!- посмеялась она. - Что только на старости лет мужику в голову не взбредет!
— Тетя Марфа! Вы так спокойно о таком говорите! Вас, что тоже доили, как козу?
— Меня нет! А тебя будут, если не хочешь на трассу пойти.
— Почему на трассу? - меня уже трясло
— Потому что я тебя к себе больше не пущу! Один мужик выгнал! Второй выгонит! Будешь деньги пиздой зарабатывать раз мужней женой быть не хочешь.
От истерики я уже билась головой о стол и рыдала в голосину.
— Ну что ты за истеричка такая! Коза терпит и ты сможешь
— Конечно, тетенька! Не вас доить будут! - сказала я и тут же получила оплеуху
— Любишь кататься - люби и саночки возить. Ты, корова, не работаешь и только на хую у него скачешь. Так что ублажай своего мужика, а то и правда выгонит.
Обреченная я вернулась домой. Делала дела, а сама ждала с ужасом вечера.
Степаныч пришел не один — с дальним соседом Михаилом Михайловичем, мужиком за 50-т, который, как я потом узнала, работал скотником. В руках у него был доильный аппарат.
— Давай Михалыч, показывай, - дед от нетерпения только что не приплясывал.
первый раз с парнем