хотеть от него большего. Позже я узнала, что он был более интересен как личность, чем как художник».
«Я увидела его на небольшой выставке в Нью-Йорке, и подошла к нему. Это было началом конца. К тому времени Легс уже несколько недель просто замкнулся в себе. Он почти не разговаривал со мной, а когда разговаривал, то всегда говорил какие-то загадочные фразы. Позже я поняла, что он пытался меня предупредить. Как и с татуировкой, он не знал точно, что я делаю, но он знал, что я делаю что-то, что может навредить нам».
«Вместо того, чтобы вести себя с Денни так, как я обычно делала, и ждать, пока он подойдет ко мне, я решила действовать напролом и просто пойти за ним. Я не могла представить, что он не захочет воспользоваться моими услугами. Я делала все для своих людей, чтобы освободить их от быта, давая им возможность творить. Часто я делала то, чего не должна была делать...»
«Представьте себе мое удивление, когда, услышав мое предложение представлять его интересы, он рассмеялся мне в лицо. И он сделал это публично на выставке искусств. Тот факт, что он сделал это перед людьми, вовлеченными в тесно связанный мир изящных искусств, делал ситуацию еще хуже, чем слова, которые он использовал».
«Спасибо, но я предпочитаю сохранять свое искусство чистым», — громко сказал он, привлекая внимание окружающих нас людей. «Мне не нужна шлюха, что бы она ни делала для меня».
«Все в комнате знали, кто он и кто я. Как я уже сказала, это было начало конца».
«Я просто отошла от него с ошеломленным выражением лица. Когда я оглядела комнату, я не увидела ничего, кроме ухмылок на лицах большинства людей. Забавная вещь в мире искусства: все, кто в нем участвует, наблюдают за всеми остальными. В некоторых случаях они хотят видеть ваш успех, в других - просто наблюдать за вашим падением. По выражению лиц большинства из них я поняла, что меня ждет крутое падение».
«Тогда Легс был мне нужен, как никогда прежде. Я поехала домой и вбежала в наш дом, но он оказался пуст. Я позвонила ему на мобильный, и он переключился на голосовую почту. Я тут же позвонила снова, надеясь, что он пропустил первый звонок. В третий раз, мне ответили, но это был не он, а Дана».
«Какого черта ты отвечаешь на его звонки?» — спросила я.
«Какого черта ты пытаешься позвонить ему во время записи, на которой ты должна была быть?» — прошипела она в ответ.
«Дана, о чем ты говоришь? Мне нужно прямо сейчас поговорить с мужем», — сказала я ей.
«Керри, ты совсем потеряла контроль, не так ли?» — спросила она. «Ты должна быть тем, кто представляет его и занимается его деловыми интересами, так какого хрена ты звонишь ему в разгар его первого появления на шоу Леттермана?» Она повесила трубку, и я рухнула на пол. Как я могла это забыть?
«Легс был в трехдневном рекламном туре, где раздавал автографы на репринтах некоторых своих ранних картин. Он также должен был выступить на шоу Леттермана и в нескольких других ток-шоу, чтобы подогреть интерес к себе, как раз перед тем, как мы представим скульптуру в Commerce Bank-е в следующем месяце. Как, черт возьми, я могла забыть о самом большом и важном выступлени в карьере своего мужа?»
«Легс тщетно пытался заставить меня согласовать их расписание, потому что он не хотел отнимать время у скульптуры для банка. Это было единственное, о чем мы с Даной договорились. На большинстве шоу, на которых он должен был появиться, никогда не
Это был обычный зимний день