раскинула руки, и по всей поверхности ее тела затрещали голубые молнии.
— Ай, теперь ты рассердила мамочку. - Робан рассмеялся, его глаза были безэмоциональными холодными осколками льда.
— ВОТ ДЕРЬМО! - выплюнула Атея, но и она проявила внезапную холодность.
Менджа указала на говорившую амазонку, и с ее пальца сорвалась молния. Женщина окуталась трещащей энергией. Ее волосы вспыхнули огнем, а кожа вспыхнула и задымилась. Она закричала от ужаса и боли.
— Ты все еще беспокоишься, станут ли твои дочери амазонками?
— ОСТАНОВИСЬ, ПОЖАЛУЙСТА! Я сделаю это! - Рабина подбежала к Мендже и с мольбой упала на колени у ее ног. - Возьми мою девственность. Я заплачу за это. Это моя мать убила твоего сына!
Менджа перевела взгляд с Атеи на Робана, и оба кивнули в знак согласия.
— Будущее вашего племени в руках моих детей. В следующий раз слушайте, когда я дам вам пророчество! - прогремел голос Менджи.
Вытянув руки, она повернулась к разбитому трону. Золотистый свет поднял упавшие половинки и скрепил их вместе. Свет полился от трона через трещину в полу, заделывая и ее.
— Хассика, Первая дочь, погоняй их хорошенько, им это необходимо! Я больше не потерплю неудач!
Менджа упала без сил, свет исчез из ее глаз.
— Вот черт! Это действительно правда, - заикаясь, проговорила Хассика. Она сидела на коленях у Робана, обхватив его руками, и все еще дрожала от страха.
Он усмехнулся. - Значит ли это, что с этого момента ты станешь более ласковой и покладистой?
Она ошеломленно смотрела на него какое-то мгновение, а потом усмехнулась. - Нет, черт возьми! Но зато я буду скакать на других так сильно, как требовала моя мачеха!
Денисса помогла Мендже подняться на ноги. - Как тебе нравится твоя новая работа?
— Вау, это было здорово! Я действительно Мечтатель. Вы видели весь этот свет вокруг меня и эти молнии? Смотри, женщина, которую я поразила, все еще дымится! - Менжа радостно захихикала.
— Больше никаких детей рядом с вами двумя! Вы плохо влияете на впечатлительных детей! - зашипела Денисса.
— Эй, это не моя вина! Я была спокойна и рассудительна все это время! - пожаловалась Атея.
— Робан уже говорил тебе, что «это была не я» устарело много лет назад! - отчитала Денисса. - Так или иначе, раз уж все выяснилось, может, уйдем в уединение? Надеюсь, вы понимаете, о чем я говорю. - Денисса указала жестом на себя и Рабину.
— О, нет! Я – первая дочь племени. Ты считаешь, что это нормально – трахать мою задницу здесь, на сцене, на глазах у всех, а теперь со своими маленькими девственницами ты хочешь уединиться? Я ТАК НЕ ДУМАЮ! - возмущенно воскликнула Хассика.
— О, я об этом не подумала, - ответила Атея, глядя на Рабину и Денису. - Ритуалы зрелости обычно проходят на публике?
— Ты имеешь в виду, например, когда меня трахают в задницу? - Хассика явно начала выходить из себя.
— Так и должно быть, это же такая красивая задница! - Робан рассмеялся, и Хассика шлепнула его по лбу.
— Заткнись! Ты сейчас ничем не поможешь. На самом деле ты вообще редко помогаешь! - Атея зашипела на Робана.
— В таком случае я подожду, пока умные женщины придут к решению без меня, - сказал он и бесцеремонно опустил Хассику на пол, откуда она, больно ударившись задницей, уставилась на него. Не обращая внимания на это, он подошел к починенному трону и уселся на него во всей своей нагой красе.
— Я не стану лишаться девственности на глазах у всех этих людей. Они и так меня ненавидят и демонстрируют
Проснувшись утром