думаю, рядом с Атеей – лучшее место для меня, если дело дойдет до битвы, - пожала плечами Денисса.
— Я амазонка, конечно, я останусь и буду сражаться! - сердито ответила Рабина.
— Во главе кланов Галлан стоят женщины; неужели ты полагаешь, что они будут прятаться от боя? - Инерка фыркнула.
— По крайней мере, обещайте мне, что будете держаться поближе друг к другу, а Робану вы должны будете рассказать сами! - потребовала Хассика.
— Мой брат удивится, если кто-то не захочет участвовать в битве, - рассмеялась Атея.
За добрых два часа до заката разведчики доложили, что армия мантакинцев разбила лагерь примерно в миле к северо-востоку от Нотабира.
— Мы опережаем их на три часа марша. Пройдет четыре часа, когда мы разобьем лагерь у реки, о которой вы мне говорили. Я выбрал поле для завтрашней битвы. Оно не идеальное, но самое лучшее, если верить тому, что вы мне рассказали об этой местности, и оно будет недалеко от нашего лагеря. Это даст нам дополнительное время на подготовку к битве, - сказал Робан окружающим его людям.
— Ты уверен, что завтра они не пройдут мимо нас, чтобы добраться до замка Барнир? - обеспокоенно спросила Синхейд.
— В данный момент их не интересует твой дом. Движение их армии было угрозой вынудить вас вступить в бой. Если они выиграют завтрашнюю битву, то не пойдут дальше в сторону ваших домов. Они оставят завоевание Вернии для своей основной армии и вернутся к Нотабиру для осады. На самом деле они будут счастливы, что им не придется преследовать нас. Я ожидаю, что они с радостью примут наше приглашение сразиться, даже зная, что поле боя будет в нашу пользу. По сравнению с преимуществом раннего достижения главной цели они не обратят внимания на такое маленькое неудобство. Их численность придаст им достаточно уверенности в себе, - усмехнулся Робан.
— Твоя жизнерадостность меня очень обнадеживает! - сказал Сиприен, улыбаясь Робану.
— Это потому, что ты такой же безумец, как и он! Конечно, я говорю это с большим уважением, о великий генерал. Я бы не хотел, чтобы Атея отвесила мне такую же пощечину, как Синхейд, - хмыкнула Гиллин.
— Да, это было больно, и не только для моей гордости. Но оно того стоило. Я уже вижу, что ты сделал, у Атеи действительно есть хребет, чтобы вести нас за собой, - заметила Синхейд.
— Ну, а Робан, очевидно, обладает безумием, чтобы вести нас в эту войну. Не на что жаловаться, если не считать того, что она приведет нас к гибели, - проворчала Сахейн.
— Не обращай на них внимания, друг мой. Женщины не видят поле боя так, как мы. Они не могут услышать музыку в крике боли или насладиться игрой стали, сталкивающейся со сталью, - с тоской вздохнул Сиприен.
— Красота трупа, расцветающего в потоках крови, или мирная картина врага, испускающего последний вздох, - добавил Робан, улыбаясь.
— Безумие! - повторила Гиллин. Сахейн и Синхейд, широко раскрыв глаза, кивнули в знак согласия.
Расположение лагерей немного отличалось от того, что было в Нотабире. Теперь лагерь амазонок находился в центре, окруженный лагерями трех кланов. Вечерняя трапеза у костров прошла в молчании. Не было привычных легких разговоров и счастливого смеха, которые слышались всего за день до этого. Атея, Робан и их друзья легли спать рано, также без привычных уже бурных и свободных развлечений.
Где-то после полуночи Робана разбудило движение Атеи. Она сидела, облокотившись на его бедра, и наблюдала за ним. Долгое время они просто смотрели друг другу в глаза. Наконец, не желая разрывать связь между
Ночёвка у Светы