его взглядом, а Боско начал вызывающе рычать на него. В конце концов он подавленно застонал, но согласился с их решением.
— Уверена, Огнар и команда кораблей Норгара будут рады вашему обществу! - Сахейн рассмеялась, но резко замолчала, и ее счастливая улыбка тоже исчезла, когда она заметила, что Яне смотрит на нее. Наблюдая за выражением ее лица, Сахейн вдруг засомневалась, что норгарцы будут так счастливы, как она сначала предположила.
— Что ж, решено, мы все будем сопровождать тебя в Фалькат. Давайте скажем Огнару о нашем решении, а потом пойдем собирать вещи. Если мы отправимся в путь рано утром, то сможем добраться до его кораблей завтра вечером, - заключила Атея.
Когда они уезжали, Робан сказал Огнару, что они отправятся завтра утром, чтобы сопровождать его в Фалькат. Вождь клана занервничал, когда понял, что все женщины тоже отправятся с ними.
— Я здесь с тремя кораблями и семью сотнями воинов Норгара. Все женщины на борту корабля, отправляющегося в трехнедельный переход, - мысль не из приятных. Я не могу гарантировать, что не будет домогательств, - предупредил вождь клана.
— Хорошо, значит, у тебя более чем достаточно мужчин, чтобы заменить некоторых членов экипажа. Уверен, женщины будут рады узнать, что нарушители спокойствия не нужны, - сухо ответил Робан, и ухмылки некоторых женщин и девушек подтвердили правильность его оценки.
— Они как пленники или Боско тоже может взять себе какого-нибудь смутьяна? - поинтересовалась Менджа.
К удивлению Дениссы, только Огнар выглядел удивленным и немного настороженным в ответ на ее вопрос, все остальные улыбались Мендже. По дороге в каюту Денисса объясняла недовольно надувшейся Мендже, почему не стоит кормить Боско какими бы то ни было людьми. Боско, рыскавший рядом с Меньей, тоже выглядел немного разочарованным.
Они собирали вещи на завтра, и Яне с гордостью сообщила, что ей понадобится только одна вьючная лошадь для гардероба, а остальное она оставит на хранение. Робан спросил жриц, не нужна ли им новая одежда, но получил в ответ недоуменный взгляд. Они сказали ему, что их плащи совсем новые и в ближайшее время новые плащи им не понадобятся. Это был единственный раз, когда Робан попытался быть полезным. Он тихо удалился, оставив женщин наедине с собой.
Когда он вернулся в палатку, его встретили две амазонки-охранницы и дремлющий Боско, который лениво приоткрыл один глаз и зевнул, приветствуя его. Женщины уже спали. Он наблюдал за ними, расположившимися у камина, и размышлял, как лучше пробраться между ними, когда услышал чей-то шепот.
— Атея сказала, что ты должен спать со мной сегодня, потому что они хотят завтра утром быть свежими и полностью отдохнувшими.
Робан вернул Мендже счастливую улыбку и лег рядом с ней. Как и его сестра, она забралась к нему на грудь, обняла за шею, и через несколько мгновений он услышал, как она тихонько похрапывает. Он тоже легко заснул. Зверь никогда еще не был так спокоен. Он знал, что его время придет снова, и очень скоро.
Несмотря на то что рассвет еще не наступил, прощание с ними на следующее утро стало большим событием. Нируми, новая Первая охотница, со слезами на глазах обнимала Хассику и Рабину, снова и снова умоляя их беречь друг друга. Прощание Инерки было еще более захватывающим зрелищем. Она прижалась к старшему брату Сиприену и плакала у него на плече, а остальные ее братья и сестры, окружив их, тоже плакали. Робану показалось подозрительным, что многие мужчины с тоской смотрят на нее издалека, но он не собирался упоминать о них, лишь бы они тоже не начали плакать. С Менджой и Боско сердечно
Один дома