елду в руку и пристроился между податливо раздвинутых, почти женских ножек.
Он очень легко проскользнул в очко Анютки, почти как во влагалище многоопытной текущей бляди, смазанное обильно выделяемой слизью. Внутри "девочки" было просторно, уютно, тепло, мышцы сжимались еле-еле, стараясь то ли обхватить, то ли вытолкнуть проникший орган, уткнувшийся в естественную преграду. Цепи, связывающие руки, бряцнули и задрожали, но у пленницы просто не было сил, чтобы дëргаться, она была будто насажена на два кола.
— Да, ебать - она извращенка хлеще проститутки в борделе! - заметил обладатель бугристого хуя и стал нещадно ебать этим самым хуем податливую шлюху, принося той дикую смесь боли, унижения и наслаждения.
При этом он крепко придушил смазливого пидорка чуть ниже бугрящейся от залупы кожи, не давая тем самым ни дыхнуть, ни сплюнуть. Лицо его приобрело багровый оттенок и покрылось обильно потом.
— Давай, кончай уже, я следующий, - обратился лейтенант к младшему сержанту, надрачивая свою елду.
Прапорщик уже закончил свою миссию и освободил тяжело дышащий, хрипящий рот Анютки. И его тут же занял хуище Игоря Алексеевича.
А в обильно залитой спермой прапорщика попке уже орудовал хер лейтенанта. Членодевка уже не дергалась, лежала спиной на лавке и содрогалась, мычала, смаргивая слёзы и сжимая кулаки так, что едва не вспарывала ладони ногтями, стараясь отрезвить себя.
Двух других блядей всё это время также нещадно ебли во все дырки, лупили и унижали. А те в ответ хрипели, мычали, визжали, но терпели. А когда все их дырищи были обильно залиты спермой, их сняли с крестов, взяли за руки-ноги и уложили жирными потными пузенями поперек тела на туловище Анютки.
— Уф! - едва не подавилась она хуем, ощутив на себе два тяжёлых потных тела.
При этом её колышек так приятно тëрся о мягкий живот сестры, что она тут же кончила, брызнув несколько жиденьких капелек.
— "Почти как выебал!" - обрадовалась пидорша, ощущая, как её саму ебут, словно порноактрису.
И шлюшечья часть её душонки восторженно выла на обильное заполнение, на разношёрстные запахи и сливаемую сперму разных мужчин, на тела любимых родственниц!...
— Мммм! Ммммм!! Ммммм!!!... - беспрестанно выла Анютка, охуевая от боли, тяжести и неимоверного удовольствия!
Один крупный анальный оргазм у неё переходил в мелкие, частые, наслаивающиеся друг на друга под безжалостно теребящими вялый членик поглаживаниями мокрого и скользкого от её пота и собственной молофьи живота сестры. Колени сильно дрожали под подобием судороги в теле от гиперстимуляции!...
— Ух, шалава! Ну и дырки! Не жопа, а колодец! Настоящая блядь! Пидорша!... - радовали душу Анютки восклицания мужчин.
А ещё эти две жирные блядские туши, которых тоже драли во все дыры и хуячили по спинам, головам и жопам дубинами. Конечно, и молодой пидорше тоже доставалось!
Удовольствие это было режущее, хлещущее по нервам со смесью боли и отторжения. Это не должно было ощущаться хорошо, не должно быть приятным даже на жалкие мгновения! Но сознание обтачивалось потребностями и души, и тела, и потихоньку вырабатываемыми жуткими привычками!...
Поэтому, когда два тяжелых сальных тела сползли, наконец, с неё, побои были прерваны, а оковы сняты, Анютка не убегала, не пыталась отползти, пока её не сбросили на пол, а вернее - на валяющуюся в луже спермы на спине племянницу, лицом между её ног, грудью на живот, носом чуть выше лобка. Левое колено при этом больно ударилось об жёсткий пол и разодралось в кровь.
Вместе с легко выскользнувшим из ануса очередным хуем раздался громкий чвак, а влажная залупа напоследок прижалась к раскрытому анусу и слила остаток спермы
Остров мечты (Часть 4)