проходе было узко и сухо. Член Виктора даже в ее смазке входил очень тяжело. Тогда он взял крем, которым его жена обычно после мытья посуды обрабатывала руки. И с кремом все пошло быстрее и проще.
Через пару минут он уже вовсю ебал ее со всей скоростью, на которую был способен.
Она явно перестала получать удовольствие. Ею завладела только ужасная боль в заднице. Но Виктору разве было не наплевать?
Он кончил, наконец, прямо в ее зад. Кончал он долго и бурно, глубоко вогнав член в ее раздолбаную дырку в попе.
Виктор вынул член из нее. Сашка, тихо плача, опустилась на пол.
Поначалу он хотел просто уйти. Но потом ему ее стало жалко — она ведь так и не кончила.
Он присел рядом с нею и стал ласкать ее груди — теперь уже ласково и нежно. Через минут пять она перестала плакать и стала вновь возбуждаться.
Он стал трахать ее осторожно пальцами и к удивлению своему сам снова возбудился.
Тогда он влез на нее сверху, придавив к полу. Она сама подставила письку и он вошел в нее.
Теперь они трахались уже без перерывов.
В сумасшедшем темпе она забыла обо всем и уже реально кричала. Ее тело задрожало. Ноги крепко обхватили Виктора. Глядя на то, как она под ним кончает, он еще ускорился и, вынув в последний момент из нее член, кончил ей на чулочки.
Он так и оставил ее одну на кухне. На полу. Оттраханную, униженную, удовлетворенную, со сбитым дыханием.
Он вернулся в спальню. Жена спала крепким сном. Виктор тоже прижался к жене и стал засыпать.
Сквозь сон он услышал, как вышел из зала отец, который тоже остался ночевать у них. Отец, судя по шагам, прошел на кухню — видно, водички попить. Что ж, его ждет там интересный сюрприз...
Пленницы скинхедок