Я никогда не спешила домой так, как сегодня, и на то у меня были две веские причины. Первая — это то, что я жутко замерзла. А, вторая — я сильно хотела пи-пи. До желанного подъезда было еще добрых сто метров, а дорожка была покрыта льдом. Да таким льдом, что быстро на нем, только на коньках.
Подошва сапог была скользкой, и в очередной раз, поскользнувшись, я плюхнулась голой попой в сугроб. К слову сказать, голой у меня была не только попа. Кроме сапог на мне ничегошеньки не было.
Пушистый снежок приятно охладил мою пятую точку. После недавней порки, а отпороли меня от души, мой любимый, довольно приличных размеров зад, горел, как пионерский костер.
Поняв, что быстро добраться до теплого туалета не получится, я начала писать прямо там, где сделала вынужденную посадку.
Теплая струя мочи текла по пухлым ляжкам, и скрывалась в снежном покрывале. Какое же это блаженство. Что может быть приятней, чем вот так, просто, сидеть и писать. Как мало все — таки иногда нам надо, что бы почувствовать себя счастливыми.
Послышавшийся невдалеке лай собак, вывел меня из состояния эйфории, и заставил насторожиться. Да, я боюсь собак, боюсь панически.
Я тут же начала выбираться из своего вынужденного места парковки. Идти голой по пояс в снегу — это не феншуй. Я это поняла сразу. А, вернувшись на ледовую дорожку, я опять упала, и на момент когда меня догнала мохнатая свора, я стояла в позе панцереносного обитателя рек и морей, а попроще сказать — раком. В таких случаях говорят, что внутри все похолодело. Не знаю, я, кажется, ментально вся вспотела. Дикий крик готовый сорваться с губ, неприятным комком застрял у меня в горле. Мышцы будто сковало невидимыми цепями. Я стояла, не жива, не мертва, не в силах даже пошевелиться.
Собаки не вели себя агрессивно. Они не укусили меня, даже не лаяли. Напротив, лучшие друзья человека проявили ко мне интерес и начали обнюхивать, втыкаясь своими мокрыми носами. Ну, и как водиться самый большой интерес, они проявили к ногам, и к тому, что между ног. Возможно, их привлек свежий запах мочи, указывающий на то, что я не просто человек, а человек-самка.
Обнюхав меня с головы до ног, и окончательно убедившись, что перед ними действительно самка, собаки перешли к активным действиям наступательного характера. Песики поочередно запрыгивали на меня, но, имея маленькие размеры, не доставали до заветной цели даже близко. () Положив на меня лапки, они тыкались в ноги, имея большое желание, но, не имея никакой, даже малюсенькой возможности. И в момент, когда я уже мысленно пожалела бедных собачек, на меня взгромоздилось большое и лохматое, рыжее чудовище. Член монстра без труда проник в святая святых моего организма.
Сейчас меня оттрахает бездомный дворовый пес — отчего-то грустно подумала я но... Но это было еще не все. Другой пес пристроился спереди, и своим тонким, но длинным членом уперся точно в мои губы. Он так энергично двигал тазом, так настойчиво пытался проникнуть мне в рот, что я капитулировала, и пустила своего темпераментного мохнатого любовника в глотку, чуть не задохнувшись от глубины проникновения.
Меня опять трахают двое. В который уже раз за сегодня?
Двадцать минут назад меня оттрахали на остановке. Оттрахали двое незнакомых молодых парней. Я стояла одной ногой на земле, а другой согнутой в колене, оперлась о лавочку. Молодые люди даже не спускали брюк. Они вынули члены из расстегнутых ширинок, и все.
Я их понимаю. Зима на дворе, как никак. Холодно. Не май месяц.
Глава 8. Тетрадь Димы