о правилах и вновь попытаться обмануть себя, но это были все жалкие, ни к чему не ведущие попытки. Какой умницей стала Ника и как она по полочкам разложила отцу истину, улыбался я, согреваясь теплыми струями воды, как вдруг открылась дверь, и вошла она.
Она вошла абсолютно голой и стала напротив меня, подставляя свое лицо и длинные локоны под струи воды. Капли начали бежать по ее телу, вырисовывая ее прекрасные изгибы, которым могла позавидовать любая девушка. Ника сделала шаг в мою сторону, и, стряхнув капли воды с головы, она посмотрела на меня своими голубыми глазами.
Она была тут главной, и я понимал, что проиграл эту войну даже не сейчас и не при бессловесном разговоре; проигрыш произошел утром, когда я позорно скрылся за дверью. Моя милая и родная дочка оказалась сильной, умной и уверенной в себе девушкой, она брала от жизни то, что хотела, ну а сегодня целью был не я.
Она приблизилась еще ближе, прижавшись ко мне своей шикарной грудью, и, погрузив меня в нежные объятия, прильнула к моим губам.
Я не мог, да и не хотел сопротивляться; я просто наслаждался этим моментом, нежно лаская ее пухлые губы и жадно исследуя ее тело.
........
На улице гремел гром, его раскаты были отчётливо слышны сквозь струи душа, покрывающего словно одеялом два тела, нежно ласкавшихся в объятиях страсти. Всё произошло прямо в этом месте: она, просто встав на цыпочки и приподняв ногу, прижалась к нему плотнее, позволив проникнуть в неё. Ей было больно не больше секунды, когда первым движением её дорогой отец сделал из неё женщину, и лишь вода, ставшая этому свидетелем, смывала следы, окрашиваясь в красный. Все заботы и проблемы были забыты и остались им завтрашними, а сейчас они наслаждались моментом, пытаясь выжить его до дна.
Она обмякла его в руках, потрясённая первым настоящим оргазмом. Он, выключив воду, как когда-то давно в детстве, укутал её в полотенце и на руках отнёс её в кровать. На небе уже не было ни тучки, и лишь луна светила белым кругом, как прожектор, направленный прямо в окно, позволяя отчётливо увидеть улыбку на её погружающемся в сон лице, и он светился счастьем не меньше. Этот день был их первым, но далеко не последним.
Про брата и сестру