Всё в этом мире продаётся и покупается, как бы мы это не отрицали и противились этому тезису. Но это так и с этим ничего нельзя поделать. И в этом мне пришлось убедиться на собственной шкуре, познав все пороки этой продажной жизни.
Ничто не предвещая этих событий, мы с женой собирались вечером отправиться в Большой театр на очень известную оперу, о которой я только и слышал от кого-то, что она шедевральна. Но самому воочие не приходилось лицезреть, это искусство высшей пробы.
Вера стояла у гладильной доски и её плавные движения утюгом по моему пиджаку, не на шутку вызывали во мне желание, здесь и сейчас заниматься с ней любовью. Её коротенькая юбочка, вырисовывала идеальный силуэт аппетитных и заманчивых булочек, что мой член дёрнулся и приняв в штанах полную боеготовность, наталкивал меня на мысль воспользоваться этим подарком судьбы, совратив мою жену на тот шаг, о котором я только и думал наблюдая за своей восхитительной женщиной.
Не в силах сдерживать себя, я тайно подкрался к ней и обняв за стройную талию, впился ей в шейку, мягко касаясь своими губами, бархатной кожи Верочки. Жена сразу выпрямилась и забыв о горячем утюге, застыла на месте, поддаваясь искушению от моих неутомимых уст на её прекрасной шейке. Тихо застонав, Вера заёрзала головой, сосредоточившись только на моей ласке, предаваясь блаженству.
– Любимый, может не надо!? А то мы опоздаем в театр! – нехотя промолвила жена, не пытаясь меня даже остановить.
– Мы успеем! Я уверяю тебя! Я не могу больше на это глядеть! Ты такая вся заманчивая, что я прям сгораю от нетерпения трахнуть тебя, моя куколка! – промямлил я, нацеловывая страстно идеальную шею моей жены.
– Какой же ты у меня все же пошлый!! Ну ладно, я и сама думала об этом, если честно и хочу тебя не меньше, чем ты меня! – претенциозно заявила жена, тяжело дыша мне в ушко и мило постанывая.
Развернув её к себе лицом, я тут же присосался к пухленьким губкам жены. Почувствовав сладость на её устах. Мой язычок устремился на поиски язычка моей любимой. И наконец-то встретившись, они переплелись в танце безумной страсти.
Я обожал свою Веру и её упоительное тело, что не сдерживая себя, нежно направил руками голову жены к своему вздыбленному паху. Она не противясь, мягко опустилась на коленочки и одним взмахом руки, освободила мой измученный заточением, многострадальный член из ширинки.
Прикосновение её губок к моей головке, как током поразила меня. Я в прямом смысле застонал от того блаженства, которое доставляла мне моя жена, посасывая нежно мою головку полового члена. Прижав её голову к паху, я целиком протолкнул свой пенис ей в горлышко, застыв в нём, наслаждаясь каждою секундой этого великолепия. Ну, воздух у Веры кончался, и закашля, она выплюнула его нечаянно изо рта.
Ну, мне этого хватило, чтобы приступить к другому действию. К более продуктивному. И поэтому поставив её к гладильной доске попкой, я нащупав пальчиком писечку моей любимой, вонзил свой член в её вагину, задвигавшись в такт музыки нашего с ней секса. Стремительно пробивая своим пенисом путь в её влагалище, мои движения участились приводя нас обоих в полный экстаз, заставляя кричать и стонать, поистине наслаждаясь телами друг друга.
Мои толчки и удары о писичку жены, воспаляли в ней такую дикую страсть, что впившись мне ногтями в ягодицы, придали моим ощущениям дополнительные эмоции, повлёкшие меня, как мне казалось к крайнему и самозабвенному возбуждению. И я в серьёз задумался об апогеи всей этой пляски наших тел и поставить точку, кончив жене
Отец Владимир