сгибая ноги в коленях, она насаживалась на меня, распрямляя – удалялась в обратном направлении. Все это она делала достаточно резво. Наверное, по профессии тренер по аэробике или фитнесу, решил я. Немного подустав, она перевернулась ко мне спиной, вставила мой член в свое нутро, уперлась коленями и ладонями в кровать и пошла по новой. Я лежал под ней и восхищался ее творчеством в постели. Также мне был представлен вид на ее очешуенную попу. Я положил руки на ее ягодицы и помог ей ускорить темп. Мне хотелось стонать, кричать, рычать от восхищения: такая аппетитная попка имела меня. Снегурочка перестала сдерживать аналогичные чувства и в какой-то момент взорвалась стонами и криками.
Кровать скрипела, она стонала, я пыхтел – все разом встало на свои места. Ее вагина шлепалась о мой конец, но интенсивность падала.
— Иди ко мне! – потянул ее к себе. Она устало плюхнулась сверху на меня. Тогда я нежно обнял ее и перекатился. Теперь она лежала на кровати попой ко мне. Мой член нащупал щелочку и голодно вошел. Наконец-то, она была в моей власти. Собрав остаток сил, я перевел наше занятие любовью в неудержимый трах. Кровать вновь заскрипела под нами. Снегурочка залилась стонами: «Да, детка. Еще! Еще!» Я представил, как деру красавицу, которая чуть ли не в матери мне годится, как она вопит. Вспомнил женщину за кулисами. Я начинал понимать, почему зрелые женщины предпочитают молодняк. Я хотел оттрахать ее так дерзко и зверски, чтобы она запомнила меня на всю свою жизнь. Чтобы она никогда не могла забыть, как громко и пылко я ее любил.
— Давай, Снегурочка! Еще чуть-чуть... - кричал я из последних сил.
— Давай, детка! – кричала она в ответ. – Я кон-ча-ююю! – словно вой волчицы, пропела она.
— Я люблю тебя... - выкрикнул, кончая, я. Я вытащил член и разбрызгал сперму по ее восхитительной попе. Потные и измученные мы лежали на кровати. Все, чего я хотел прежде, чем погружусь в небытие, это поцеловать Снегурочку. Говорят, как встретишь Новый Год, так его и проведешь. Что ж, если мой год будет состоять из такого вот бешеного и страстного секса, да будет так!
Мы лежали-целовались. Я гладил ее тело, она – мой член. Затем она расстегнула мою рубашку и своими чувственными губами принялась за мои соски. Еще я помню, что невыносимо хотел пить, но мое тело меня не слушалось. Мозг объявил забастовку, а вместе с ним мое сознание и подсознание отключились. И через минуту я уже во всю храпел. С Новым Годом!
Глава 34 «Дед Мороз любит плохих девочек»
Новогодние сны были крайне хаотичны. Собранные из размытых воспоминаний, давних фантазий и чего-то сверхфантастического, они не давали мозгу покоя. Казалось, я всю ночь с неимоверным трудом просыпался и затем вновь впадал в пучину событий. Перед глазами пролетали сотни лиц – мужских, женских, накрашенных, размытых, румяных, бледных, сухих, мокрых... все они что-то говорили, что-то делали. Помимо лиц в моих снах присутствовали гениталии. Мириады гениталий. Как женских, так и мужских. Это не было порно, это был извращенный арт-хауз, способный привидится разве что Тинто Брассу. Гениталии вращались в сфере других гениталий и порой в эту карусель писек прибывали накрашенные ярко-красной помадой губы. Стаи уст нападали на гениталии и проглатывали их. Розовые головки мужских достоинств атаковали залпами спермы, но губы не унимались: слизывая сперму языками, они вновь бросались в атаку. Затем, когда губы победили и потянулись в фокус, пытаясь поцеловать меня, на помощь беззащитному зрители прибыла она.
Женщина-супергероиня! За ее плечами развевался голубой
На уроке алгебры.