Она улыбнулась мне неподражаемой улыбкой с головкой хуя за щекой. Тогда я приподнял ее, взвалил себе на плечо и под возгласы «Ты куда?», «Ты что делаешь?», «Нет туда нельзя» потащил на супружеское ложе. Как только распахнулась дверь, я убедился в собственных догадках, что она там не убиралась. Постель была не застелена: простынка вперемешку с одеялом, подушки разбросаны по кровати. Вокруг супружеского ложа была разбросана одежда: носки, брюки, рубашки, халаты – в каком же чухатнике они живут. Видимо, спальню они используют только под секс, поскольку занавески были задернуты даже днем.
— Ах ты, грязная девчонка! – одарил я ее шлепком по заднице. Затем подошел к кровати и сбросил ее прямо в эпицентр. Не успела она перевернуться, как я прыгнул прямо на нее. Вика начала брыкаться, мол, не может заниматься этим со мной там, где она занимается этим с мужем. Я даже позволил ей встать на четвереньки, но затем пристроился сзади и ввел свой агрегат в эксплуатацию. Вика схватилась за подушку и на полном ходу попыталась меня ей ударить, но ее контрнаступление захлебнулось. Сам факт бунта на корабле разыграл во мне гнев, и я обрушил все последствия на свою жертву. Придавив Вику к кровати, я обхватил своими бедрами ее и принялся добивать очаги сопротивления точечными ударами. Кровать ходила ходуном, а Вика потрепанная и растерянная задыхалась от собственного остервенелого стона. Под шквал моих атак она цеплялась за простыни и подушки – все, до чего могли дотянуться ее пальцы. Тогда я вооружился своим указательным пальцем и засунул его Вике в рот, словно чупа-чупс. Конечно, я побаивался, что она сойдет с ума и откусит мне пару фаланг, но я рискнул. Затем, не прекращая фрикции и раздвинув ее загорелые спелые булочки, я сунул смоченный палец прямо в ее анус. Виктория начала кричать и протестовать, но я не обращал внимания. По мере трахания ее вагины я стимулировал ее задний проход и, пускай Вика в это не признается, стимуляция ее ануса сказывалась и на ее киске. Поработав пальцем, я сменил тактику и променял силу толчков на их частотность и уже через минуту пожал первые плоды своего сексуального налета – Вика протяжно застонала и затряслась от третьего оргазма. Он оказался самым продолжительным. Прервавшись, я вынул свой член из ее вагины – он бы влажнее прежнего. Вместо того, чтобы стереть лишнюю влагу, я воспользовался Викиным забвением и решил испытать все ее отверстия.
Раздвинув булочки еще разок, я без особого труда ввел тыловые войска в самые недра оппозиции. Конечно, выводы были поспешными, но приложив к прочности своего члена еще и целеустремленность, я вонзил свой хер на две трети. И только тогда Вика заподозрила что-то неладное. Нависнув над ней, стремительным движением я повторил трюк и на этот раз Вика закричала от боли. Ее анус был узким и ужасно разработанным. Она кричала на меня, забрасывала матами, но уже деваться было некуда. Медленными движениями я погружался в нее. Проложив колею, я немного ускорился. Судя по ее голосу, Вике тоже стало полегче.
Не нарушая сцепки, мы оба встали на колени. Я ухватился за Викину грудь, которая благодаря поту моментально прилипла к моим ладоням, и принялся дальше штурмовать запретную крепость. Дабы ускорить меня Вика извивалась, театрально постанывала и потрясала своими красивыми густыми волосами. Предчувствуя оргазм, я отлепил ладони от ее груди и ухватился за ее грациозную талию. Натягивая Вику вновь и вновь, я приготовился сам трястись в конвульсиях. Вика окончательно вошла в роль потаскухи-нимфоманки и подбадривала
А был ли мальчик?