тяжело, а значит ещё и вредно. Не мучайте себя этими воспоминаниями, это ничего не даст. Давайте лучше решим вопрос с оплатой и я поеду домой, у меня много дел. Мне ещё надо...
— Подождите! - упрямо нагнул голову Болат, поворачивая ко мне потное покрасневшее лицо. - Выслушайте меня, не уходите! Это очень важно, поверьте! Я прошу Вас! Подождите несколько минут и всё поймёте.
Дело здесь не в Надежде, а в Оксане, понимаете?! Это всё началось из-за неё, именно она во всём виновата! Вы просто ещё не знаете, что это за человек и на что способна! Она настоящая ведьма и... Даже не знаю как ещё её назвать! Это просто...
— Мне кажется, Вы уделяете ей слишком много внимания.
Болат резко вскочил на ноги и торопливо заходил по кухне, кидая на меня обезумевшие взгляды, которые меня нисколько не напрягали. Мне просто захотелось покинуть эту квартиру и уехать домой. Этот неудачник меня уже сильно раздражал, чего я и не пытался больше скрывать. Моя жалость к нему исчезла так же быстро как и появилась.
— Вы так говорите, потому что ничего не понимаете! - вскричал мой горе-арендатор, размахивая руками. - И не поймёте, если не выслушаете меня до конца! Неужели Вам так трудно уделить мне несколько минут и всего лишь набраться терпения?! Почему это так трудно для Вас?!
— Мне не трудно. Я просто не могу понять, какое отношение имеет Оксана к тому, что одного несчастного парня бандиты заставили отсосать на глазах у жены? При чём здесь она?
Болат схватился за голову и с глухим стоном снова опустился на табуретку. Вид у него стал таким, словно это его безжалостно принудили делать минет на безлюдном пляже. Плечи у мужчины опять поникли и задрожали, но я, переполненный раздражением, уже не обратил на это никакого внимания. Мне это уже всё порядком надоело.
Посидев молча несколько минут, он повернул ко мне измученное лицо и тихо произнёс, нервно моргая покрасневшими глазами :
— Дайте мне несколько минут и Вы всё узнаете, обещаю это! Я не собираюсь морочить Вам голову, я просто хочу...
— Хорошо, продолжайте! Только побыстрее, я не могу здесь долго рассиживать! У меня ещё много дел.
Судорожно сглотнув, Болат быстро наполнил рюмки, но в этот раз пить почему-то не спешил. Посмотрев мне в глаза, он вяло кивнул головой, тяжело вздохнул и начал говорить, уставившись в стену.
— В тот вечер, на пляже... А всё происходило на одном из диких пляжей, от которых нам было велено держаться подальше, так вот там... Я увидел как мою Надежду трахают трое здоровенных бугаев с ужасными бандитскими рожами и не менее ужасными членами, толстыми и кривыми. Они трахали её невыносимо долго, по очереди и одновременно, грубо насилуя и унижая её прекрасное молодое тело. Выглядело это отвратительно и мерзко, я никогда в жизни не видел такого безобразия, но не это было самым ужасным. Вовсе не это, можете мне поверить.
Хуже всего было то, что Надежде нравилось всё это, всё, что с ней делали эти зверовидные и похотливые мерзавцы. Она не жаловалась на боль, не звала на помощь, не плакала от отчаяния... Даже не пыталась хоть как-то убежать от этих уродов.
Вместо этого она развратно предлагала мужчинам поиметь её так, как им хочется, ругалась матом, весело хохотала и всем своим видом излучала такую похоть, что мне стало дурно, когда я тайком из зарослей смотрел на это безобразие.
Она была счастлива и безмятежна.
Я просто не узнавал её. Не узнавал свою всегда такую скромную и милую Надюшу, которую всегда обожал и
На реке.