Я натянул на нее платье и отошел в сторону сарая, забыв, что накрыл ее своим липким месивом спермы.
Грудь Светланы Андреевны быстро поднималась и опускалась, ее ноги все еще дрожали от моего члена.
— Дорогая, — позвал Иван из кухни. — Ты не видела мои солнцезащитные очки?
«Они... в спальне, — ответила Светлана Андреевна хриплым голосом, запыхавшись.
Она обернулась, чтобы увидеть, как Иван выходит из кухни, и сама вошла через входную дверь. Когда он нашел свои солнцезащитные очки, она прошла мимо, ее лицо было покрыто победой зятя.
Завтра не могло наступить достаточно скоро. Она жаждала снова побыть с ним наедине.
Часть пятая.
Та ночь была пыткой для них обоих. Каждый думал о теле другого, не желая ничего, кроме как снова погрузиться в гипнотический транс.
Наконец, наступило утро, и я отвез детей к своей маме. До дома моей мамы оставалось добрых сорок пять минут езды, и на обратном пути он получил сообщение от своей жены Вики: «Такси везет меня в аэропорт. Позаботься о маме, пока меня нет!».
Я улыбнулся, взволнованный тем, что дом снова в их распоряжении.
Когда я выехал на подъездную дорожку, стало очевидно, что что-то не так. Машина тестя все еще стояла у дома, но он должен был уехать еще до того, как дети должны были отправиться к моей маме.
Оказалось, что поездка тестя на рыбалку была отменена из-за внезапного наводнения в районе, куда он планировал поехать. Он не из тех, кто сидит без дела, он слонялся по дому, чиня вещи, которые не нуждались в ремонте, и его присутствие было препятствием, которое Светлана Андреевна не учла.
Светлана Андреевна сидела на диване в гостиной, одетая в другое летнее платье, а я сидел в кресле напротив нее, изображая интерес к отчету с работы. Каждые несколько минут тесть проходил мимо, проявляя интерес к починке того и иного. Как только он уходил, Светлана Андреевна закидывала ноги на диван, слегка раздвигала, и ее рука исчезала, под платьем. Она закрывала глаза и стонала, прикасаясь к себе, открывая их, чтобы посмотреть прямо на меня.
Когда тесть громко шагал на обратном конце дома, она опускала свое платье, но это начинало расстраивать нас обоих.
Наконец, он вошел и сказал: «Я думаю, что немного почитаю наверху».
Это была музыка для наших ушей. Мы ждали мягкого щелчка двери спальни.
— Пойдем в подвал, — пробормотала она.
Я резко выдохнул через нос и нетерпеливо кивнул.
Подвал был тесным, заставленный коробками со старой мебелью. В воздухе пахло пылью и нафталином. Светлана Андреевна едва успела обернуться, как я прижал ее к стене, его рот был горячим, его руки скользили вверх по ее голым ногам под платьем.
Я поцеловал ее глубоко, страстно, как будто на этой земле больше никого не было.
Громкий стук сверху заставил нас замереть.
Тишина. Затем звук, скрежета лестницы.
Я медленно вздохнул, прижавшись лбом к ее лбу.
— Подожди, — ответила Светлана Андреевна, но не стала отталкивать меня.
Второе прерывание послышалось слишком рано, шаги по лестнице подвала, тяжелые и неторопливые.
— Вы двое здесь, внизу? — позвал тесть.
Дрожащими руками Светлана Андреевна разглаживала платье. — Да, дорогой. Мы просматриваем старые поделки для детей, — ответила она впечатляюще ровным голосом.
Моя рука скользнула вверх, по внутренней стороне ее бедра, мои пальцы нашли отметину. Она прикусила губу, чтобы не издать ни звука, когда я просунул палец внутрь ее готовой, теплой половой щели.
Тесть на мгновение задержался в дверях, прежде чем пожать плечами. «Хорошо. Думаю, я собираюсь посмотреть их здесь, в подвале слишком прохладно».
Светлана Андреевна прижалась ко мне, ее дыхание участилось.
Комната релаксации