на мужика. Но тот одним лишь взглядом сбил с парня весь налет уверенности и гонора.
— А ты, что вообще тут делаешь? Ёпта. Ну-ка студенческий билет предьяви. Проверим что за птица и по какому праву в женское общежитие с самого утра явился.
— Я...да я...это...
Толстяк стушевался, ища взглядом поддержку у блондинки.
— Дядь Коль, это друг Сашин. Вы знали что он в больнице сейчас?
— Да вот узнал, потому к тебе и пришел. Давай-ка, друг любезный, если все что нужно сказал, то линяй отседа, пока я добрый.
Темик стушевался окончательно и лишь буркнув на последок: "Потом поговорим", выскочил за двери. Не забыв при этом вырвать из руки блондинки принесённый бланк, испытывающе заглядывая в глаза.
Вахтёр провел его раздраженный взглядом.
— Это ещё что за щегол с самого утра нарисовался? Ты, пигалица совсем выводов не делаешь?
— Вы в курсе за Сашу? Что он болен тяжело?
— Хм... Конечно в курсе, вот узнал и тебе пришел сказать. Побили его шибко, пока ты где то шлялась по клубам ночным. Вчера из неотложки его прямо в стационар перевели. Одним махом все хвори лечить будут. Выйдет оздоровленный, с новыми силами, к молодой подруге.
Мужик лукаво подмигнул и сделал попытку полапать девушку за попку. Но та резко отстранилась.
— Оздоровленный? Вы так легко говорите об этом? Вы же родственники.
— Так и чего мне переживать. Это из за тебя он в больничку попал между прочим. Вспоминай сама перед кем ты титьками трясла и жопой вертела. За что его побили?
Девушка почувствовала как лицо густо заливает краской смущения и отвела взгляд в сторону.
— Я не про то что вчера побили. Я не знала... Про другое я. Про то что Саша тяжело болен...
— А... ты про это... Так а что волноваться. Медицина чудеса творит. Все лечится. Были бы деньги да врачи хорошие.
— Вы так легко говорите про это. Вас совсем не беспокоит...
— Цыц, пигалица! Думай что болтаешь! Ещё и как беспокоит. Вот только у Сашка кроме меня и родичей тут нет. Мамка замужем второй раз уже год десять как. А батька, брательник мой. Упокой Господь его душу.
Дядя Коля набожно перекрестился.
— А теперь ты вот есть. Вместе сдюжаем все хвори и болячки. На то родня и нужна. У самой то как самочувствие? Очко не болит?
Мужик вновь протянул руку в попытке задрать полу халата.
Блондинка резко отпрянула.
— А ну тпрр, кобыла! Не рушай! Кому сказано, ёпта...
Мужик поймал студентку за талию и резко потянул вверх край халата. Наклонился вперёд, лицом к ее бёдрам.
Юля замерла, широко распахнутыми глазами наблюдая как мужик спокойно, по хозяйски отодвинул полоску трусиков в сторону и внимательно уставился ей в промежность.
Загорелая ладонь с покореженными артритом пальцами, смяла пышную ягодицу, потряхивая.
Блондинка извернулась и отшагнула от наглого гостя.
— Прекратите немедленно! Вы старый извращенец! Как только стыда и совести хватает в такой момент о таком думать!
Мужик молча поднялся и с улыбкой толкнул девушку в сторону кровати. Вынуждая ту усесться на край. Приблизился вплотную, нависая.
Блондинка ойкнула от неожиданности, упираясь в простынь, чтоб удержать равновесие.
— Дядь Коля, да как вы только можете в такой момент, когда Саша в больнице ждёт... Да никогда в жизни! Ни за что на свете... Что б я омгмм...
Мужик неожиданно резко оборвал льющийся поток возмущения, запихнув свою ещё не окрепшую корягу в девичий рот. Крепко схватив за голову двумя руками, ритмично закачал бедрами, напихивая твердеющую плоть.
Единственные звуки, которые теперь могла издавать блондинка это булькающие всхлипы и зглатывания. На фоне тяжёлого сопения и
На дискотеке