том, что я ощущала несколькими часами раннее, и прокручивала это чувство снова и снова. Одну руку я положила себе между ног. Я начала массировать себя через ткань брюк.
Спустя какое-то время я слышала, как пришел Кирилл. Как он снял куртку и разулся в прихожей. Потом он пошел на кухню. Он наверняка думал, что я уже сплю. Я продолжала сидеть в своей комнате с выключенным светом и ласкать свой пах.
Минут через 15 я услышала звук включенной воды на кухне, мой сын мыл посуду. Спустя некоторое время он прошел к себе и закрыл дверь.
Я продолжала сидеть на кровати. Мой свет был выключен, но в доме напротив многие соседи еще не спали, и из-за света в их квартирах не было полной темноты. Вроде бы и ночь, но не кромешная тьма, я вижу силуэты мебели своей комнаты.
Я пробыла в ступоре еще несколько минут, а потом пошла к комнате Кирилла.
Я открыла дверь и зашла. Комната моего сына небольшая. Есть балкон, гардероб, одноместная кровать, в углу стоит кресло. Под кроватью пара гантелей. Пол - обычный паркет. Простота, минимализм и уют.
Кирилл еще не спал. Он лежал на спине, приподняв подушку, закинув руки за голову. Когда я вошла он немного удивился.
— "Оу, добрый вечер...", вскинув брови тихо сказал он.
Я ничего не ответила. Я села на край его кровати. Я смотрела на него, а он на меня, не меняя позу. Я просунула руку под одеяло и нащупала его живот. Потом спустилась вниз, до трусов. Дыхание моего сына участилось. Я взялась за резинку и потянула трусы вниз. Кирилл, не говоря ни слова, немного приподнял таз и я спустила его трусы до коленей.
Затем я взяла в руку его член. Он уже был набухший, но еще не достиг максимальной твердости.
Я наклонилась к лицу сына, широко свой открыла рот и вытянула вниз язык. Я начала медленно вести языком от основания его шеи до мочки уха. Кирилл закрыл глаза и сделал очень глубокий вдох. Я почувствовала как его член еще немного увеличился в размерах и начал каменеть.
Сын выдохнул. Он закрыл глаза, и я заметила, как его сцепленные за головой пальцы начали трястись от напряжения.
Я сжимала ствол его члена четырьмя пальцами кулака, а большим пальцем аккуратно водила по головке. Спустя некоторое время Кирилл раскрыл глаза и мы встретились взглядами. Его брови сузились, приподнялись домиком, по выражению его лица казалось, что он сейчас заплачет. Я ослабила хватку. Затем вовсе убрала руку и вытащила ее из-под одеяла.
Я поднесла ладонь к своему лицу, снова открыла рот, высунула язык и начала лизать свою ладонь, продолжая смотреть в глаза моему мальчику. Я заметила, как уголки его губ незаметно поползли вверх. Ему нравилось. Ему было чертовски приятно. И мне.
Когда моя ладонь стала достаточно влажной, я вновь просунула ее под одеяло и взялась за все еще напряженный, горячий член своего сына. Я стала водить вверх-вниз по стволу. Сначала медленно. Потом чуть быстрее. Потом еще.
Спустя минуту я чувствовала, что ласкаю своего мальчика в максимально интенсивном темпе, и он начал тихонько мычать. Еще немного, и он выгнулся в спине, все еще держа руки сцепленными за головой, а я, убрав руку со ствола, зажала в кулак лишь его головку.
Кирилл издал негромкий стон и я ощутила горячую жидкость в своей ладони. Пока мой сын кончал мне в руку, я перевела свой взгляд на стену. Я представила Артема. Я вновь прокрутила в своем воображении стеснительного стажера, который несколько часов назад сидел напротив меня на диванчике в нашей редакции
Секс в общежитии