остановилась возле дороги и ждала меня. Когда я подошла, она сказала.
— Вот ты и попалась – но увидев меня уставшую и запорошенную снегом, сказала.
— Пошли, пока нет никого.
Мы перебежали через дорогу и метров сто прошли вдоль её до свёртка. Наши следы почти уже замело, и мы с трудом их разглядели. Свернув с дороги, мы стали снова прокладывать по снежной целине себе дорогу. Валенки проваливались в снег и почти каждый раз зачерпывали немного внутрь. Я наклонялась и вытряхивала, но ненадолго.
Лена конечно видела, что я уже стала мёрзнуть и прогулка для меня уже не стала приключением, но не подавала виду, а старалась идти быстрее. Я уже с трудом поспевала за ней. Вот и сосна, возле которой мы воткнули палку, чтоб легче было найти маленькие сосёнки. Свернув за ней, мы снова стали проваливаться ещё глубже. До одежды оставалось всего несколько метров, и я бросилась бежать, чтоб скорее одеться. Потеряв всякую бдительность и осторожность, я запнулась за придавленную и скрытую снегом поваленную сосёнку и со всего размаху рухнула в снег.
— Ты чего – спросила Лена. Она шла рядом.
— Чего, чего. Запнулась – ответила я дрожащими губами. Зубы уже начали отбивать чечётку.
Лена помогла мне откопать пальто и встряхнув его от снега, помогла мне одеться. Оно было холодное и никакого толку от него не было. Я стала прыгать и вертеть руками в разные стороны, эмитируя зарядку, а Лена держала мои джинсы и смотрела, когда же я успокоюсь, чтоб передать мне их. Немного утоптав вокруг себя снег, я чуточку согрелась и протянула руку, чтоб взять джинсы. Одевшись, мы поспешили в корпус.
Два с лишним часа я отогревалась сидя возле горячей батареи, подложив под свою попку мягкую подушку. Моя одежда висела на крючках и оттаивала. С неё медленно капали капли прямо на пол и издавали такой нудный и приглушённый звук. Отогревшись и переодевшись, я ещё долго сидела на кровати, закутавшись в ватное одеяло, пока Лена не позвала на ужин.
Сколько мы проходили, я даже не знаю. Может даже и около двух часов, хотя я в этом не уверена. Мне кажется за два часа я вообще бы замёрзла от холода и Лене пришлось бы меня тащить волоком. Вечером мы обсуждали наше приключение и громко смеялись. На утро снег вообще перестал идти и выглянуло солнце. С крыш побежала капель, а свежий снег к вечеру вообще превратился в непроходимую слякоть. Несколько дней мы просидели в номере, а когда утрами стало примораживать, то прогуливались по территории санатория. Больше я не рисковала раздеться и идти голышом. Снег подтаял и замёрз, и был не такой пушистый, и вполне им можно было пораниться.
Спустя ещё два дня наступила пора прощаться. Срок моей путёвки истёк, и мне нужно было возвращаться домой, а Лена осталась ещё на четыре дня. Проводив меня, Лена немного заскучала, и я перед тем как сесть в автобус пообещала ей написать. Конечно я ей написала через пару дней как покинула санаторий и поделилась своими впечатлениями и воспоминаниями о проведённых там днях. Лена ответила тоже после как вернулась домой, и мы изредка переписывались, а потом стали всё реже и реже. У неё была своя жизнь, а у меня своя.
После мартовских морозов в конце месяца, наконец-то наступила оттепель. Заметно потеплело и пошёл лёгкий и пушистый снежок, возможно последний в этом году. Закончилась рабочая неделя и сняв свою одежду и повесив в шкаф, я накинула шубку на голое тело и закрыв кабинет, с Ирой отправились домой. Как ни странно,
Летом в Крыму