груди сначала левой, а потом правой, а вторая рука играла с набухшим клитором. Мимо проходили люди и я, прижавшись к стене с ещё большим азартом стала мастурбировать. Меня начала охватывать дрожь и участилось сердцебиение. Левая рука уже была вся мокрая от выделявшейся влаги и раздвигая правой рукой половые губки, я попробовала проникнуть в себя сжатыми вместе пальцами левой руки. От того, что я стояла в напряжении и не могла расслабиться, мне это не удалось и я присела на корточки. Это помогло расслабиться, и моя рука медленно стала проваливаться во внутрь влагалища и тут пришёл он, мой первый и мощный оргазм, следом за ним на волнах наслаждения я испытала второй и третий и готова была получать всё новые и новые толчки. Моя рука уже была внутри моего влагалища и лаская изнутри доводила меня до бешенства. Сил уже не оставалось, и я не смогла устоять. Вытащив руку, я попыталась встать, но ноги подкосились, и я упала на бок прямо в полужидкую глиняную кашу. Вот и начало, не придётся себя заставлять первый раз упасть в грязь. Я села и засмеялась. Моя попка провалилась в глину сантиметров на десять. Меня всё ещё колотило от недавних оргазмов и по моему телу пробежал озноб, а кожа покрылась мелкими пупырышками.
Отдохнув и почувствовав себя более уверенно, я встала и пошла к месту своего дальнейшего пребывания. Сколько мне там придётся ждать Танюшку, я не знала.
Вымыв руки и лицо, я перекусила и немного повалявшись на полу, стала дальше лазить по подвалу и проверять, где что и как. Окна в подвал были зарешечены и выбраться через них было невозможно, хотя они были приличных размеров, и я свободно могла в них пролезть. До вечера я ещё несколько раз упала и была перемазана почти по уши жидкой и липкой глиной.
На следующие день Таня ко мне не появилась ни разу и мне ничего не оставалось, как обойти весь огромный подвал. Грязи было везде полно и в некоторых местах мои ноги проваливались по колено я вылезала и достав снявшийся сапог, снова его одевала, но ногу и носить их в дальнейшем уже не было смысла. Они были такие же грязные изнутри, как и снаружи. Но это было моё единственное спасение от того, чтоб не поранить ноги, и я продолжала из надевать каждый раз, когда их теряла в глине. Устав, я просто садилась и сидела, тяжело дыша, как загнанная лошадь. Иногда моя попа проваливалась по самую талию и распрямив ноги из глины виднелась только верхняя часть моего туловища. Это было так прикольно и смешно. В такие минуты я думала и вспоминала про Танюшку. Вот бы при ней так посидеть. Она бы сильно удивилась.
Где-то на третий день, проходя мимо вентиляционных окон, я заметила Таню. Она шла в сторону здания и несла пакет. Я подумала, что это моё освобождения и так обрадовалась. Я выполнила всё, что хотела сделать и теперь Таня меня не узнает в таком виде и поможет мне отмыться, ну а там?
Я подбежала к мини лифту и стала ждать. Вот ящик поднялся и через минуту спустился снова. Там стоял пакет с едой и две бутылки кока-колы. Затем я услышала условный сигнал, и Таня спросила:
— Марина, тебе что ни будь нужно.
— Нет, спасибо – ответила я и хотела задать ей вопрос, когда она откроет дверь, но не успела.
— Прочитай записку, я там всё написала.
После этого закрылась дверца шкафа и издавая стук каблучками, Таня вышла в коридор.
Моя любимая поза