Она поцеловала металлический жезл, как будто влюбленная в него, и Бонни ответила, толкнув бедрами в лицо Нади. Нади пришлось открыться, чтобы жезл проник в горло, иначе ее зубы разлетелись бы, но цилиндр был настолько толстым и твердым, что она тут же начала давиться. Бонни смеялась, трахая горло Нади, пока щеки колдуньи не начали синеть, и она не была готова вырвать. Бонни вытащила жезл, прежде чем Нади потеряла сознание, и шлепнула ее мокрым металлическим членом.
Шлепок!
Немного крови вытекло изо рта Нади, когда ее губа порезалась о зубы, но боль от этого была ничто по сравнению с жарким, сексуальным напряжением в ее киске.
Бонни снова схватила Нади за волосы и швырнула на кровать. Нади приземлилась на спину, ноги раздвинуты, и Бонни вонзила жезл в киску Нади одним мощным ударом. Нади завизжала и выгнула спину, а Бонни доминирующе ухмыльнулась, любуясь тем, как груди Нади поднялись.
Бонни держалась за грудь Нади, трахая ее так сильно, что массивная кровать дрожала, а стекла в окнах дребезжали. Толчки Бонни были мощнее, чем качка корабля в океане, и вся команда содрогнулась в сочувствии, зная, как жестоко их капитан может трахать.
— БЛЯТЬ! БЛЯТЬ! БЛЯТЬ! ТРАХ! ТРАХ! ТРАХ! — кричала Нади с каждым ударом. Казалось, ее тело тает, и она вот-вот выплеснет мозги через киску.
— Прими! Прими, гребаная корова! — смеялась Бонни, сжимая соски Нади так сильно, что из них брызнуло молоко. — Прими, пока не сломаешься!
— О БОЖЕ МОЙ! — закричала Нади, ее ноги начали дрожать.
— Просто заткнись и КОНЧАЙ!
— ААААААА! — закричала Нади, когда ее разум разбился, а тело сдалось. Ее лицо дергалось, глаза закатились, а слюна пузырилась во рту. Мышцы ног и бедер казались готовыми разорваться, а киска извергала горячий поток спермы, как перевернутая бочка с водой.
Бонни тоже кончала, но она контролировала оргазм, оскалившись в садистской ухмылке, тереться киской о жезл, вонзенный в брызгающую киску Нади. Бонни счастливо ахнула, ее грудь капала потом на лицо Нади, и, наклонившись, она плюнула в глаза и открытый рот колдуньи.
— Это... это было хорошее начало, — сказала Бонни, вытаскивая жезл и хихикая при виде зияющей киски Нади.
Бонни перевернула Нади, раздвинула ягодицы и сунула язык в ее розовый анальный проход. Нади не была настолько без сознания, чтобы не чувствовать, как язык Бонни исследует ее задницу, но у нее не было сил даже сжать анус.
Бонни ела задницу Нади, как торт, и, насытившись, вставила Жезл Глубин в анус, пока не почувствовала, как его конец бьет в дно желудка.
Нади была настолько вымотана, что не чувствовала времени, но к тому времени, как Бонни перестала трахать ее, на улице стемнело, и Нади насчитала от десяти до пятнадцати разрывающих живот оргазмов.
Нади балансировала на грани комы, когда Бонни легла рядом, прижав их потные тела, делясь теплом. Бонни небрежно играла с грудью Нади, куря жирный косяк, наслаждаясь посторгазмом.
Дверь каюты открылась, и вошла Пенелопа Перл, сияя, как всегда.
— Нравится твоя новая игрушка, мэм?
— Очень, — Бонни потушила сигарету о сосок Нади. — Но мне уже скучно. Игрушка никогда не так забавна во второй раз... или в сотый.
— Можно мне попробовать, мэм? — спросила Пенелопа, оставаясь формальной, несмотря на возбуждение.
Бонни рассмеялась. — Конечно. Я пойду проверить команду. Просто дай мне воспользоваться туалетом.
Бонни присела над лицом Нади, выпуская горячую струю мочи в ее каштановые волосы.
— Делай с ней что хочешь, — сказала Бонни, целуя Пенелопу. — Только не убивай. Я хочу, чтобы каждый член команды получил шанс, прежде чем я принесу ее в жертву Жезлу Глубин.
Настоящая учительница