— Итак, Сара, давай обсудим встречу, — Питер небрежно положил руку ей на ногу. Сара посмотрела на неё. Было бы интересно узнать, что творится у неё в голове, осаждённой его мужским запахом, химической перегрузкой от солёных и сладких закусок, более тонкими веществами для перепрограммирования. Ей можно было отдать должное — она хотя бы могла сфокусировать взгляд.
— Говорить буду я, — Питер засунул руку между её ног. Ему пришлось слегка надавить, чтобы она раздвинула бёдра. Он улыбнулся. В этом жесте было что-то особенное — он получал доступ к её телу. Это была грань между коллегой и телом, которое он мог трахать, как хотел. Он нежно провёл пальцем по её щёлке. Это было слишком легко.
Сара застонала. Она попыталась что-то сказать, но получилось только: — Питер… я… эээ… это… мммм… — Её голова запрокинулась. Губы были покрыты розовой глазурью. Питер вытащил руку, уже мокрую, собрал остатки сахара пальцем и сунул ей в рот.
Было что-то особенное в смеси глазури и смазки. Глаза Сары округлились, она вдруг жадно принялась сосать его пальцы. Взгляд потускнел, уставившись в потолок без всякого осознания. Уолтер говорил, что это сигнал.
— Ты будешь делать, что я скажу, — Питер позволил ей прижаться к его руке. Ему хотелось остановиться. Но времени не было, а Саре нужно было достичь пика возбуждения. Честно говоря, даже с секс-игрушкой в качестве козыря, сделка была непростой. — Для начала я хочу, чтобы ты вела себя, как красивая девочка. Мы снимем твой лифчик. И трусики.
Он замолчал. Входить в здание с девушкой в мокрой от возбуждения юбке — не лучшая идея. Чёрт, надо было подумать об этом заранее.
— Скорее всего, я просто отдам тебя Натаниэлю, это местный IT-шник. Он женат, так что могут быть сложности. Ну, может, ты будешь штатным сотрудником на месте, — Питер задумался. — В любом случае, я хочу, чтобы ты отсосала ему так, чтобы у него крышу снесло. Минет, минет, минет. — Было странно, как она сосала его указательный палец, словно соску. Смесь сахара и смазки наверняка уже растворилась. Ну и ладно.
Он вытащил пальцы. Сара хныкнула от разочарования. Они сидели секунду, пропитанные грехом, переполненные гормонами, несясь на скорости 90. Живот Сары заурчал, и она снова принялась за еду, дрожащими пальцами разворачивая леденец. Её волосы стали полностью обесцвеченными.
Вскоре у неё потекли слюни.
— Сара? — наконец произнёс Питер.
Она смогла посмотреть на него, приподняв брови, пока её язык скользил по неоновой радуге леденца. Уолтер как-то вскользь упомянул, что быстродействующий препарат «немного жёсткий».
Трудно было чувствовать вину. Она была просто самкой, правда, детородного возраста.
Они сидели в тишине, тихо трансформируясь, если не считать того, что через некоторое время Сара начала ласкать себя пальцами.
****
За ночь здесь всё переделали.
Кто-то за каких-то десять-одиннадцать часов умудрился вынести все столы, заменить их новыми, пропарить старые ковры, перекрасить стены и расставить, судя по всему, совершенно новые стулья.
Но больше всего Миру поразили плакаты. Ужасные плакаты.
Они были пастельных жёлтых и голубых тонов, словно в детской, и украшены радостными лозунгами вроде «РАБОТА НА 110%!» и «АГРАРАЙП!». Видимо, их делали на заказ.
— О господи, — пробормотала Мира, медленно оглядываясь. Даже лампы поменяли. Яркий свет буквально отражался от каждой поверхности. Она вдруг почувствовала себя неуместной в своём обычном тёмно-сером.
— Нравится? — раздался весёлый голос Кей из-за стола.
— Нет. То есть, запах приятнее. Гораздо приятнее. Как аромат фиалкового туалетного одеколона. Раньше офис пах старыми бумагами и коровьими выделениями. Но… ну серьёзно. Это похоже на вестибюль в стиле Лизы Фрэнк.
Обо мне. Часть 2