Сначала я этого не осознавала, но мой упадок начался. Я начала сокращать время, которое проводила в тренажерном зале с Филиппом, так как сомневалась, что смогу продолжать, когда он уйдет. В любом случае, мне это не доставляло особого удовольствия, но Филиппу нравилось то, что он чувствовал, и он хотел, чтобы это чувство передалось и мне. Хотя я наслаждалась его энтузиазмом, я никогда не увлекалась этим так, как он. Я начала пропускать некоторые занятия, а затем все больше и больше. Но мне просто повезло, что все произошло именно тогда, как раз после того, как я решила прекратить.
Несмотря на то, что я перестала хотеть заниматься спортом со своим сыном, я наслаждалась вниманием других мужчин, которые были там. Только для того, чтобы я чувствовала себя лучше: в остальном они ничего для меня не значили, и уж точно не в сексуальном плане. Я даже не была сексуально заинтересована в своем муже, так что было маловероятно, что меня возбудит кто-то другой, особенно незнакомый. Меня это совершенно не интересовало, пока Билл Паркер не начал все чаще и чаще появляться в спортзале.
Билл был нашим ближайшим соседом и жил со своей женой Джойс. Джойс была затворницей, и почти страдала агорафобией. Поначалу она выходила из дома только в случае крайней необходимости, иногда на вечеринки, но предпочитала проводить время у себя дома. Когда другие приглашали ее и Билла, она отказывалась, не оправдываясь. Билл пытался уговорить ее пройти курс лечения, но она отказывалась выходить из дома и предпринимала лишь символические попытки поговорить с кем-либо, кроме как по телефону. Это было бесполезно, и она прекратила лечение при первой же возможности. С тех пор она оставалась прикованной к дому. Как и большинство ее подруг, я перестала навещать Джойс, обеспокоенная ее проблемами и чувствуя себя неуютно рядом с ней. Не такая уж я и хорошая подруга, не так ли?
Билл был на десять или двенадцать лет старше меня и владел небольшим магазином скобяных товаров в городе. Когда Джойс начала оставаться дома и у нее обнаружили болезнь, Билл решил продать свой магазин и находиться поближе к дому со своей женой. Он прожил с ней более тридцати лет и считал своим долгом попытаться помочь ей. Он делал для нее все, что мог, но ей становилось все хуже, и в конце концов она отказалась выходить из дома, кроме как на прием к врачу или по какой-либо неотложной причине. Они тоже стали редкостью, и, в конце концов, она вообще не выходила.
Мы разговорились во время перерывов в спортзале, и я узнала больше о нем и Джойс. Я извинилась за то, что не навещала Джойс чаще, но он просто сказал, что понимает. Он рассказал мне всю их историю, и я почувствовала к нему симпатию. Мое сердце растаяло от грусти, которую я увидела в нем. Я хотела помочь ему, но все, что я могла сделать, это дать ему выговориться. Я слушала, и мне становилось все больше и больше жаль его. Мне хотелось, чтобы я могла сделать больше, но я была бессильна что-либо изменить для него.
Билл показался мне обаятельным мужчиной, и как-то раз я обратила на него внимание: он был очень хорошо сложен, с хорошей фигурой и плоским животом. Я также должна признать, что заметила приятную выпуклость в обтягивающих спортивных шортах, которые он носил. Я особенно заметила, что эта выпуклость усилилась после того, как он провел некоторое время, разговаривая со мной. В моей голове появились мысли, которых не было некоторое время. Единственная реальная проблема
Это моя женщина