А как бы далеко я сам зашёл при подобных обстоятельствах с девушкой? Попытался бы её соблазнить. То, что она раздета ещё ничего не значит. Может, ей просто стало душно.
А чего хочет Костя? И что будет делать? То же самое. Соблазнять меня. И он получит лишь то, что я ему позволю. Может, ничего. Вдруг не удастся соблазнить.
— Костя, что будем делать?
Костя смешался. С девушкой то он точно знал бы что делать, а тут... Он не понимал главного - чем должны кончится эти ласки? Трахнуть Олега в зад? Дык, поди попробуй. Ещё драться полезет. Дать в рот? Вот это более реально, хотя, тоже под вопросом, насколько он готов. Но, целовался же, млел... Тем более, ему надо в роль погружаться.
А что роль с минетом? А как стать девушкой не приняв член в ротик? Или в попу... Особенно, если влюблена...
— Вика, ты такая классная. Костя привлек партнёра к себе.
— Серьёзно?
Костя не стал размениваться мелкими комплиментами, предпочёл действовать. Возня в партере продолжилась.
— Костя, скажи честно, чего ты ждёшь от девушки? На первом свидании?
Костя мучительно покраснел. Видно было, что ответить ему сложно.
— Ну, как пойдёт...
— Ну, ты, наверное какие-то условия создаёшь, говоришь что-то, делаешь...
Я откровенно потешался. Возбуждение спало, но, не ушло, давило, необходимо было разрядиться, но, более идиотской ситуации для этого придумать было сложно.
— У нас как-то спонтанно все...
— Мы же репетируем, вот и учи меня!
— Вика...
— А что сразу Вика! Вот ты девушку повалил на кучу тряпок. Хочешь нежности, да?
Костя нерешительно кивнул.
— Девушка доверчивая, хрупкая, домашняя. А ты не думал, может, у неё парень есть?
— У тебя парень есть?
Костины глаза вылезли из орбит.
— Неважно. Ты должен меня убедить, что ты лучший! Ты, к примеру, кунилингус делаешь?
— Что?
Костя побагровал.
— Кунилингус, спрашиваю, делаешь своим девушкам?
— Д-делаю, иногда... Делал...
— Ну, вот...сделай и можно надеяться на на взаимность...
— Ты охренел? Охренела то есть! Как я тебе его здесь сделаю? Вика, ты думай!
— Это ты думай, ты режиссёр, покажи мне систему Станиславского. А то я не верю...
— Епт!
— Не ругайся, не можешь, так и скажи...
— Может руками?
— Это не убедительно, Костя.
Я был беспощаден, если уж падать в бездну, то, не одному.
Пауза затягивалась. Костя, не зная на что решиться, поглаживал мои ноги, попу, гладкую, безволосую кожу живота, соски. И правда, я только сейчас обратил внимание, тело у меня худощавое, угловатое, мужское, но, полное отсутствие растительности на животе и груди, создавало впечатление беззащитной нежности, которую подчеркивала здоровая белизна кожи. Вполне сойдёт за девичью. Видно было, что Косте тактильные ощущения доставляют удовольствие, и мне самому понравились эти непривычные прикосновения.
Он снова стал целовать мои губы, шею, и, решившись наконец на что-то, проговорил:
— Одень снова лифчик и юбку...
— Шпильки тоже?
— Нет...
Костя усадил меня в кресло, опустился на корточки. Мы поцеловались. Он сдвинул лифчик вверх и припал к соскам. Долго и нежно ласкал их языком, затем поцелуи стали спускаться все ниже. Возбуждение мое снова стало нарастать. Мной овладело какое-то двойственное чувство, стало казаться, что я и в самом деле становлюсь девушкой. Побежали мурашки, сладко заныло внизу живота, я ритмично сжимал мышцы таза, не в сила сдержать стоны наслаждения. Если бы Костя потребовал мне лечь на живот и раздвинуть ноги, я без колебаний сделал бы это. Более того, сейчас я хотел этого. Хотела. Теперь правильно о себе говорить в женском роде. Сейчас во всяком случае.
От всех этих мыслей, от перевозбуждения, и без того небольших размеров членик опал и
Дикари